И пошёл вперёд, абсолютно уверенный, что ему уступит дорогу любое существо — всего лишь узнавая его чёрные одежды некромага. И был прав…Мальчишки переглянулись всё так же насмешливо, но заторопились за ним. Всё-таки городской житель — здесь всё знает. И ещё будет в сто раз лучше, если машину закажет не подросток, а взрослый человек.
Пока Перт деловито говорил со служащим на автостоянке, Коннор закрыл глаза и подставил лицо солнцу. Ощущая тепло на коже, которая только-только начала согреваться после путешествия в подземный город, где температура была такой, что тела и не чувствуешь, пока не пойдёшь или просто не разомнёшь мышцы, мальчишка впервые подумал о том, что же именно произошло там, в том месте, где они нашли камень. Рунный Смарагд…Когда он мельком увидел Смарагд, он понял опасения Трисмегиста. Но Коннора сразу же заинтересовало другое: почему Трисмегист, единственный из эльфов знавший о местонахождении камня, предпочёл забыть о нём? Логика потянула за собой и следующий вопрос: а устоял бы сам Трисмегист перед мощью этого камня — в нынешнем состоянии Смарагда, подпитанном энергией подземного города?
Он открыл глаза, присмотрелся: Перт шёл вместе со служащим по стоянке, ограждённой столбиками и цепью на них, выбирая машину. Расслышав рядом вздох, Коннор покосился на Эрно.
— Ты чего?
— Узнать бы, что там с Колром и Хельми, — тихо отозвался Эрно, не глядя на него. — Ты…сумеешь определить?
Коннор покачал головой.
— На таком расстоянии — нет. Но думаю, что волноваться не стоит: Ильм и Джарри дали им достаточно силы, чтобы они попали в нужную точку. По-моему, Вальгард успел им обоим помочь.
— Ты так спокоен…
— Мне легче быть сосредоточенным на ближайшей проблеме. Кстати…Ты тоже не выглядишь слишком взволнованным.
— У меня хороший учитель.
— У нас, — поправил Коннор.
Мальчишки переглянулись уже без улыбки и поспешили к машине, по капоту которой Перт похлопал ладонью.
…По-настоящему Александриту стало страшно, когда волчишка прекратила звонко болтать обо всём, перечисляя и характеризуя всё, что видела на городских улицах. Ирма сосредоточенно уставилась в окно, и он понял, что она додумалась до главного. И она медленно сказала, не сводя глаз с пролетающих улиц, именно то, чего он боялся:
— Если Селена заблудилась, то где Колин?
Кажется, девочка-оборотень не ждала ответа, потому что, выговорив вопрос, она застыла, склонив голову, словно прислушиваясь…Александрит с ужасом увидел, как тёмные глаза волчишки наполняются слезами. Чего-чего, а слёз он не переносил — ничьих. Но хуже слёз Ирмы оказалось состояние его младшего брата. У Берилла закривились губы в плаче, подступающем от сочувствия и сопереживания, пока он смотрел на свою маленькую подружку и атаманшу.
Александрит в отчаянии сам открыл рот, чтобы сказать привычное и пустое: «Да ничего страшного! Всё обойдётся!» Но высказать не сумел. Дети. Они требуют чёткого объяснения ситуации. А он…Что он может сказать такого, чтобы успокоить обоих?
Спас положение Эван, сидевший за рулём. Окошечко в салон было открыто, и Чистильщик слышал вопрос волчишки и последовавшее затем тягостное молчание.
— Ну ты даёшь, Ирма! — насмешливо сказал Эван и ободряюще кивнул. — Где Колин…С Коннором, конечно, где ещё? Вы же только Селену чувствуете, ребятишки, да? А ребят из братства не чуете? Ну и чего зря спрашивать? Вместо этого, Ирма, ты бы причесалась! А то сейчас приедем к Селене, она как посмотрит на твои лохмы…Ой, как кому-то плохо будет!
Ирма с подвывом вздохнула, вытерла слёзы кулачишками и вынула из кармашка кофточки расчёску. Через минуту Александрит постарался смотреть куда угодно, только не на волчишку, которая, расчёсывая, нещадно драла свои косматые тёмные волосы, а Берилл раскладывал между собой и Ирмой кучку выложенных ею всяких штучек для будущей причёски.
К месту, которое указали дети, невозможно было подъехать на машине. Пришлось оставить её при каком-то доме, расположенном поблизости, и пойти пешком. Вскоре вся компания оказалась перед входом на детскую площадку. Берилл и Ирма, взявшись за руки, огляделись и уверенно зашагали к самому дальнему углу площадки. Мужчины поспешили за ними, причём Александрит снова почувствовал тревожное сомнение: правильно ли они поступают — на этот раз не взяв с собой мага? Ну, на всякий случай…
На все качели и другие сооружения для развлечения малышня пооткрывала рты, но о своей цели не забыла. Ладно ещё, утро — и на детской площадке почти никого.
Они прорвались какими-то кустами к более открытому месту — к уголку, со всех сторон окружённому кустарником. Напротив одного края этого уголка тяжело осело в землю бревно, на котором сидела Селена. Не одна. Остановились и малыши, и взрослые.
И не оттого, что удивились. А потому, что к их ногам упала мёртвая птица.
— Ой! — удивилась Ирма и нагнулась подобрать птицу.
Эван еле успел дёрнуть её за руку, чтобы не трогала, как перед его носом упали ещё две птицы. Тоже мёртвые. Они как будто умирали на лету?..
