— Я доеду до деревни с вами. Поэтому Александрит и дети могут перебраться ко мне.
— Но я не хочу-у… — тихонько заканючила Ирма, умоляюще глядя на Колина.
Мика встал с пола, на котором было расположился, чтобы уступить место Эрике, и предложил:
— Я, Колин, Эрика — перебираемся с вами в ту машину.
— Спасибо, Мика, — пробормотал Джарри.
— Зверя не забудь, — скомандовала немедленно приободрившаяся волчишка. — Вот Пират обрадуется!
Дети ушли с Ильмом, а Вереск тихо спросил Селену:
— А кто это — Пират?
— Собака. Правда, я не совсем уверена, понравится ли этот зверь Пирату, — задумчиво сказала Селена. — Пёс и так трусливый. Вереск, ты видел этого зверя в подземном городе?
Мальчишка-эльф мотнул головой и сразу покосился на Коннора. Тот смотрел на окошечко в кабину. Через несколько секунд оттуда высунулся Эван и со вздохом сказал:
— Ребята, кто-то из вас очень взволнован. Не могу завести машину. Успокойтесь, а?
Все уставились на Вереска. Тот почувствовал неладное, но понять, в чём дело, кажется, не мог. И тогда Джарри снова вздохнул и принялся объяснять новичку азы пользования любой силой. Первый урок закончился лишь через полчаса, когда Вереск уяснил, почему машина не двигается и что надо сделать, чтобы ехать по городу.
Вереск оказался очень проблемным мальчиком.
Началось всё с дорожных проблем, которые закончились ближе к пригороду. Мотор Эвановой машины глох раз за разом. Несмотря на чёткие объяснения Джарри, Вереск с трудом закрывал личный круг — границы личной магии. Чего у него не было от слова «совсем» — так это умения надолго сосредоточиться. Контроль над своей магией терял мгновенно, стоило чему-то привлечь его внимание. А для дикаря (Селена вздыхала, но другого слова пока подобрать не могла) на улицах города любопытного было много. Так что машина Чистильщиков ехала, будто заикаясь. И Селена про себя не единожды перекрестилась, что их средство передвижения принадлежит Чистильщикам, символика которых видна издалека любому полицейскому.
На одной из остановок подошёл Ильм и довольно раздражённо сказал, что он лучше доедет до Чистильщиков сразу, без дурацких остановок. И возразить нечего. Отпустили, хотя дети из его, точней их же, деревенской машины, и насупились. Правда, Селена надеялась, что новостей и интересных обсуждений у них много — и они забудут о своей обиде. Был даже момент, когда Селена позавидовала Александриту, которому пришлось или довелось наблюдать радость детей — такую разную: малышни — от встречи с Эрикой и Колином с Микой, а также всех — от общения с проционом, который быстро успокоился, едва ему протянули кусочки повкусней.
Потом была большая пауза, когда машина, не останавливаясь, ехала довольно долго, и Селена заметила: сидевшие напротив неё мальчишки как-то странно притихли. Сначала она увидела, что Коннор и Мирт сидят по обе стороны от Эрно, а тот явно держит их, чтобы они не упали; потом обнаружила, что из них троих только Эрно сидит с открытыми глазами. Некоторое время пыталась понять, что происходит, и невольно улыбнулась: Мирт и Коннор «ушли» в библиотеку прошлого. Если она правильно поняла — искать противодействие дикой магии Вереска.
Думала о том, как вот-вот они вернутся в уют и безопасность деревни, как встретят их всей толпой соскучившиеся и дети, и взрослые, а Хоста выйдет навстречу с корзиной, и она, Селена, вынет из крохотной спаленки своего сына, а он засмеётся…
И снова и снова возвращалась мыслями к Джарри. Он сидел рядом — такой сильный, такой тёплый, пусть сейчас пока ещё расслабленный…
А потом…Эван негромко напомнил, что до пригорода, до штаба Чистильщиков, осталось минут двадцать езды. Если ничего не случится. То ли нечаянно предугадал, то ли слова были для него привычно пустыми. Говорят же люди, часто добавляя к информации пару успокаивающих, но никому не нужных слов…
Всё произошло слишком быстро…
Правую ладонь Селены с одной стороны собственнически сжимал Вереск. Другая же, левая, покоилась на сгибе локтя Джарри. Хозяйка места сначала почувствовала лишь, что пальцы левой слегка онемели, и им стало как-то прохладно. Сосредоточившись на этой странности, она невольно подсунула их под сгиб руки семейного — согреться. И замерла. Рука Джарри была почему-то очень холодной. До сих пор он сидел спокойно, разве что чуть-чуть сполз на сиденье вперёд. Селена посчитала, что он просто сильно расслабился. Но теперь, стараясь не потревожить ни мальчишку-эльфа, ни семейного, она осторожно наклонилась вперёд и заглянула в лицо Джарри.
Ледяной взрыв потряс её тело, будто она внезапно попала в эпицентр…несущейся с гор лавины. Полузакрытые глаза семейного — глаза человека без сознания. Осунувшееся, побледневшее из-за отхлынувшей крови лицо…Инстинктивно она оглянулась на Вереска. Увидела опущенные жёсткие глаза и злорадную ухмылку, кривящую его рот.
