Ещё через час младшие с трудом удержались от ликующего крика, обнаружив, что видят обычным зрением старших братьев, сидящих, словно статуэтки Кама, друг напротив друга. А ещё Мика и Колин заметили, что вокруг двоих образовался круг, который медленно, незаметно, как движение минутной стрелки, расширялся, захватывая в своё пространство и их убежище. И в этом круге дождь лил как обычный весенний, который вот-вот закончился. Отличался этот дождь только одним: по краям круга стояла стена того же ливня. А вскоре младшие не выдержали и заорали от полноты чувств: наверху появились тучи! То есть не появились, а были увидены!
А старшие продолжали сидеть на коленях, и разница теперь была лишь в том, что Мирт поднял лицо к небу, которое не сразу, но постепенно прекращало плакать.
И, наконец, мальчишка-эльф поднялся на ноги и с глубоким вздохом запрокинул голову к небу, не в силах больше произнести ни слова. Пара жестов, манипуляция со знаками, помогающими справиться с физическими проблемами, и Мирт прохрипел:
— Коннор, помочь?
Он имел в виду, нужна ли мальчишке-некроманту помощь, чтобы подняться с коленей. Коннор сидел на земле, всё ещё упираясь ладонями в землю. А ведь пора переходить к следующему этапу объявленной пока ещё неизвестно кому войны — к вытягиванию-выращиванию травы из-под земли.
Подбежали Мика и обернувшийся в человеческую ипостась Колин. Оба чуть не заплясали, закричали, со слезами глядя на небо, на грузные серые тучи, из которых на крохотный участок земли больше не лила вода…
А Коннор неожиданно повалился набок. Мирт сипло закричал и бросился к нему. Младшие оцепенели от ужаса, но мальчишка-эльф буквально шлёпнул ладонь на лоб Коннора и, мгновения прослушав, с облегчением сказал:
— Обессилел. Сейчас доберёт сил — и начнём следующий шаг. — После чего повернул тело мальчишки-некроманта лицом к небу.
— Поможем, — решил счастливый Мика.
— Ага, — подтвердил успокоившийся Колин, прикладывая ладонь к солнечному сплетению Коннора и первым начиная вгонять в него личную силу.
Присоединился Мика, буркнув на Мирта, который тоже хотел помочь:
— Сиди — тоже восстанавливайся!
И все трое задрали головы, невольно улыбаясь небу, которого не видели со вчерашнего дня, и также невольно ожидая, что ветер разгонит тучи, что появится солнце!
— А что за следующий шаг? — полюбопытствовал, чуть подуспокоившись, Мика.
— Коннор должен прочистить этот участок от некромагических сил, — придержав вздох, ответил Мирт. — Он обещал сделать это. И, если у него получится, может, у нас получится перекусить хоть чем-то, пусть и зеленью.
— А потом? — добивался Мика. — Есть ещё какие-то шаги, пока ждём Хельми?
— У меня пока нет, — покачал головой Мирт. — А вот у Коннора… Когда я спросил его об этом, он вдруг так улыбнулся, что мне… жутко стало. И я не стал настаивать на своём вопросе.
— А ты?
— Что я?
— Что ты хотел бы сделать следующим шагом?
Колин тоже смотрел встревоженно, и мальчишка-эльф вдруг ухмыльнулся, оглядывая слишком близкие окрестности.
— Это смешно, — предупредил он. — Но не надо смеяться надо мной.
— Не будем! — нетерпеливо пообещал Мика. — Ну?
— Я хочу повторить то, что сделал старик Бернар. Помните нашу луговину? Помните, какая она страшная была в тот день, когда Коннор убил машинного демона заклинанием некромагов? Только у меня желание… — Мирт смущённо улыбнулся. — У меня желание слишком огромное…
— А я понял, — тихо сказал Колин, глядя на него во все глаза и улыбаясь всё шире. — И я очень хочу, чтобы у тебя это получилось. Мирт… Получится?
— Вы чего секретничаете?! — рассердился Мика. — Про что вы вообще?!
— Мика, представь себе этот мёртвый лес живым! — торжественно предложил мальчишка-эльф и сам не выдержал важного момента, засмеялся. — Вот чего я хочу! Я хочу, чтобы этот лес возродился! Чтобы в нём росли красивые высокие деревья, которые бросали бы тень на густые травы с цветами. Чтобы на этих деревьях и кустах вили свои гнёзда птицы и пели от радости! Чтобы в траве бегали зверушки всякие и ползали змеи, а в речках плавали рыбки и квакали лягушки! И чтобы пахло медовыми запахами и грибами! Вот чего я хочу, Мика!
— Я тоже это хочу! — вдруг вскрикнул Мика и, осёкшись, посмотрел на лежащего в грязи мальчишку-некроманта, под чью голову подсунули крышку от бумбума. В глазах недоверие — и надежда одновременно. После чего уже проворчал: — Нафантазировал тут — так домой, в Тёплую Нору, захотелось. Так захотелось… Мирт, а этот дождь, пока Коннор лежит, не вернётся?
— Сюда, на этот участок, он уже никогда не вернётся, — высокомерно ответил мальчишка-эльф. — И, если и будет здесь дождь, то только хороший, живительный — тот, которого будут ждать и цветы, и деревья, и травы.
— А что… — прошептал Коннор, и ребята кинулись наклониться к нему и убедиться, что он в самом деле пришёл в себя. — Мне эта картинка, Мирт, тоже нравится. Поваляться не в этой жиже, а на травах… И цветочки понюхать… Поднимайте меня. Начинаем вытаскивать спрятавшуюся под землю зелень!
Глава одиннадцатая
