— Это Хельми, — ответил мальчишка-вампир, уже сосредоточенный на картинке.
Поскольку Ирма не принимала участия в собирании картинки, то она и объяснила:
— Это браслеты — связь с братством. Берилл вкусил крови Селены, и теперь он младший брат в братстве. А браслеты нужны для того, чтобы не чувствовать их, потому что иногда они занимаются страшными делами, и Бериллу нельзя их чувствовать.
Волчишка говорила звонко, но о знакомых всем вещах, наверное, кроме заинтригованной Вик и Ивара. Селена насторожилась. Забытый ребятами (они уже вовсю обсуждали следующий край картинки) Ивар облизал пересохшие губы, побелевшие от видимого напряжения, не спуская жёсткого взгляда с Берилла.
Испугавшись, что он набросится на мальчишку-вампира (неужели приревновал младшего брата братства?!), Селена встала и села на пол рядом с Ирмой, напротив Ивара. Несмотря на это положение, Ивар вряд ли увидел её. Он смотрел в пустоту. Селена пробовала даже помахать перед ним рукой, но он не реагировал.
— Ивар, — предостерегающе позвала она.
— Что? — вздрогнул он и заморгал — так досадливо, будто нечаянно выдал какую-то слишком личную тайну.
Через десять минут в Тёплой Норе были все, кроме братства. Ещё через десять дежурные позвали в столовую на ужин. Ивар снова зашёл последним, хотя его за руку тянула Айна, уже настолько привыкшая ходить вместе с ним, что удивлялась, почему он мешкает, когда его зовут. Она всё-таки дотащила его до двери в столовую, а потом побежала к столу Вильмы, кажется, уверенная, что мальчик-некромаг пойдёт за ней и сядет за приставленный к столу малышни новый стол.
Селена, пока ничего не понимая, следила за Иваром. Он постоял на пороге, не привлекая к себе внимания, — ей даже показалось, что он использует то же заклятие “отвода глаз”, что и Коннор, разве что слабей вариантом.
Коротко взглянул в сторону стола малышни, где Ирма вполголоса и яростно ругалась с Риганом, который шипел на неё и чуть не плевался. Бровь Ивара слегка приподнялась, когда он чуть опустил взгляд. Селена привстала, чтобы увидеть то, что его… удивило. И покачала головой, собираясь встать и прекратить самоуправство Ригана, который отодвинул к краю стола, подальше от компании Ирмы, прибор Ивара.
Но мальчик-некромаг обернулся, взглянул на что-то ещё, после чего решительно подошёл к столу Ирмы и Ригана, взял свою тарелку и ложку и отнёс к пустому столу братства, где дежурные оставили только пустую посуду — на тот случай, если братство вернётся ближе ко времени ужина. Спокойно сел и принялся за ужин — в совершенном одиночестве. В столовой замолчали, отчётливо прочувствовав это одиночество. Замолчал даже Риган, который насупился, но всё равно упрямо стрелял глазами по сторонам, словно выискивая тех, кто сумеет возражать против его же самоуправства.
— Что происходит? — прошептал Джарри, только что вошедший и тут же севший за “взрослый” стол. — Почему мальчик один?
— Поругался с Риганом из-за Коннора, — шёпотом же откликнулась Селена. — Риган выбросил его из своей комнаты.
— Радикально, — оценил изумлённый Джарри. — Что делаем?
— Ничего, — внезапно успокоенно осела на месте Селена. И замерла взглядом на двери в столовую. Как Берилл — с радостной улыбкой, как Вереск — с облегчением.
Дверь открылась — и вошли ребята братства. Впереди — задумчивый Коннор, который вскинулся, словно вспомнив, и кивнул Агате — мол, всё в доме у тебя хорошо; за ним шёл Хельми, который улыбнулся было Ригану и тут же удивился: мальчик-дракон упрямо склонил голову, не желая смотреть на старшего брата пятёрки. Мирт радостно помахал рукой своим — Оливии и Гардену, а Колин усмехнулся взвизгнувшей Ирме и тут же бросил короткий взгляд на просиявшую Вик. Мика прямиком шёл к своему столу.
Насторожённый Ивар убрал со стола руки и согнулся, будто ожидая, что его тут же будут ругать за то, что снова уселся не на своё место. Селена хотела снять свой браслет и предупредить Коннора о стычке мальчика-некромага с Риганом. Но Коннор Ивара уже обошёл с табуретом, подхваченным по дороге, едва он разглядел за своим столом гостя.
Поставив табурет, он хлопнул по плечу мальчика-некромага и скомандовал:
— Чего оставляешь на тарелке-то? Остынет же! Ешь давай!
Подбежали дежурные, быстро обнесли опоздавших полными тарелками, подтащили чайник, велели наливать чай самим. Братья накинулись на ужин так, что Селена аж умилилась. И не забыла напомнить самой себе допросить Коннора, что у них там, в пригороде, произошло. И где вещи Малачи, который сегодня столуется в качестве пациента в учебке под присмотром Бернара.
Столовая постепенно загомонила, оправляясь от непонятного зрелища с одиночеством Ивара, и вскоре все компании замкнулись на общении друг с другом. Ивар немного посидел, хлопая глазами на голодных ребят братства, а потом и сам взялся доедать со своей тарелки. Чай ему налил Мика, потому что первым слопал свою порцию и дорвался до горячего напитка, который не только выпил целую чашку, но и потянулся за добавкой.
