А потом рядом появились Анитра, Лада — и девочки принялись осматривать его, одновременно вытирая носовыми платками пыльное избитое тело, чтобы выяснить, насколько ему попало. Потом Лада куда-то пропала и вернулась с его обувью и одеждой. Он скептически смотрел на продранные колени, которые Анитра смазывала ему щиплющей мазью, и размышлял о глупом, но жизненном: смогут ли эти штанины выдержать стирку? И смогут ли девочки потом зашить эти лохматые полосы?
Сознание прояснялось, память возвращалась, и Коннор уже с удовлетворением вспоминал красивую подсечку, из-за которой Хельми выбросил крыло с боевым когтем — не для того чтобы драться, а чтобы опереться на него, падая.
— Селена… — проговорил он и понял, что она не услышит его, пока кричит на Колра, плохо прячущего довольную мину. — Лада, позови Селену. Или скажи, у меня всё хорошо.
Злая Селена подлетела к нему, как только Лада передала ей просьбу Коннора.
— Кто устроил этот бой?! — рявкнула она, наклоняясь над ним.
— Я.
— Ты?! Зачем?!
— Ты называешь это “выпустить пар”.
Он видел, что мама Селена опешила на мгновения, а потом присела на корточки и вполголоса спросила:
— Это из-за школы?
Он помотал головой. Заметил, что она сняла с руки его браслет из кучи других, и мысленно сказал: “Нет, это другое. Успокойся. И это не Колр, хотя ему понравилось”. Тогда Селена нерешительно посмотрела на него, проверяя, искренен ли он, и вздохнула, неохотно ушла. Он знал: она не любила вмешиваться в его личные, как она называла, дела. Но вечером наверняка предстоит разговор с Джарри. Пусть. До вечера есть время.
Обитатели Тёплой Норы и деревенские ребята тоже начали расходиться, с интересом обсуждая впечатляющий бой…
Зрителей становилось всё меньше. Коннору вставать не хотелось, несмотря на мёрзлую землю. Хотелось валяться на краю ристалища и смотреть в серое небо с тяжёлыми тёмно-синими тучами. Но покорился всем переживающим за него и сел-таки на скамью, где недавно сидел чёрный дракон. Колр оглянулся на него, и мальчишка-некромант скривил губы в улыбке. Дракон понимающе кивнул и зашёл в учебку.
Теперь рядом остались братья и компашка Ирмы. Волчишка тихонько уговаривала Колина уйти в Тёплую Нору, со страхом поглядывая на Мирта, которому Бернар наконец вправил руку. Эрно тоже пришёл в себя и уже смешливо скалился, поддразнивая обеспокоенную Маев.
Ивар сидел между Бериллом и Тармо, с непонятным выражением смотрел на Коннора. Сообразив, что мальчишка-некромаг, в своей манере действовать прямо, может подойти в любую секунду, не стесняясь зрителей, Коннор попросил Анитру и Ладу:
— Я посижу немного один. Быстрей в себя приду.
Едва девочки отошли, Ивар встал и не сразу, но, как и предполагалось, подошёл.
Периферийным зрением Коннор отметил: едва Ивар пошёл к нему, Хельми быстро избавился от блокирующего браслета. Глядя на него — и остальные ребята братства.
Словно машинально крутя свои браслеты на запястье, Коннор расслабил их и, глядя на братьев, скомандовал: “Мне нужно побыть с ним наедине. Помогите”.
— А зачем ты так дрался? — помедлив, спросил Ивар. — Они же твои друзья!
— Ну… — вяло от расслабленности сказал он, незаметно наблюдая, как расширяется вокруг них двоих свободное пространство: Колин уводит за собой Ирму, а вместе с ней уходит и компания её “бандитов”, по одному исчезают со спортивного поля братья. Исчезают, но продолжают слушать странный разговор. — Понимаешь, Ивар, когда у меня плохое настроение или когда мне хочется кого-то убить, лучше пойти сюда, на тренировочную площадку и заняться тренажёрами, а потом поразмяться с друзьями.
— А что было сегодня? У тебя плохое настроение? Или ты хочешь кого-то убить? — внимательно разглядывая его, пренебрежительно поинтересовался мальчик-некромаг.
— Сегодня? Мне хотелось убить тебя, — ощущая себя кошкой Тиграшей, чуть не промурлыкал Коннор. “Любишь говорить напрямую — получи!”
Ивар оглянулся на ристалище и непроизвольно поёжился. Сообразив, что этим движением выдал свою тревогу, встал солдатиком, вызывающе выпрямившись. Затем с непроницаемым выражением лица уселся на бортик бордюра рядом с Коннором. Судя по всему, решил во всём разобраться. Не обращая на него внимания, Коннор натянул рубаху, поверх — куртку. И, наконец, перевязал шнурки на ботинках. Пока одевался, время от времени шмыгал носом и носовым платочком Лады промакивал вяло идущую кровь.
За повреждённым ухом девочки наклеили ему пластырь, который одобрил Бернар, мельком оглянувшись на главного виновника драки, в которой пострадали сразу трое.
— Почему ты не остановишь кровь? — не выдержал Ивар, поглядывая на него, сидящего на скамейке, снизу вверх.
— Почему ты сегодня оскорбил Берилла?
— Как? Оскорбил? — поразился мальчик-некромаг и задумался. — А как я его оскорбил? Чё-то не помню.
— Ты сказал ему про капища.
— А, нажаловался, да? — презрительно фыркнул Ивар.
— Нет. Он не жаловался Он подошёл спросить, что это такое — капище.
Ивар уставился на Коннора, словно проверяя, не смеётся ли он.
— Вампир не знает, что такое капище?
