— Ясно. Только ты учти: я вообще не политик, я всего лишь историк и умею анализировать уже произошедшее — а планировать то, что еще случится, не моя стихия. Тем не менее, я бы посоветовала ограничить возраст привлекаемых на стройки годами так двадцатью, и чтобы детей было не больше двух: такие более мобильны, а «лишние дети» еще не вынудили их к детишкам пренебрежительно относиться. Ну, школы для всех — это само собой. То есть я имею в виду и школы для этих взрослых, причем в обязательном порядке. Школы рабочей молодежи — слышала такой термин?
— Читала. Знаю, что это.
— Отлично. Что Приднепровье должно само себя кормить — это и обсуждать смысла нет. Но, мне кажется, тебе следует где-то половину новых сельскохозяйственных поселков обеспечить нашими выпускниками школ. Хотя бы на пару-тройку лет, это уже с минсельхозом обсуди — но все МТС там нужно исключительно нашими ребятами укомплектовать. И еще: в каждой деревне ставь в обязательном порядке магазин, в котором всегда будут практически любые продукты — включая те же мандарины из Крыма и Кавказа, ягоды в сезон, вообще всё, что хоть в Москве, хоть в Новосибирске продается. И особо нужно следить, чтобы не было никаких провалов в поставках туда продуктов. Отдельно в этих деревенских магазинах и закупочные отделы открыть, чтобы любой крестьянин мог туда без проблем те же «излишки с собственных участков» сдавать по фиксированным ценам — так что крестьянин если и захочет на рынок со своими продуктами придти, то продавать он будет дешевле, чем в наших магазинах.
— Хорошая идея. Но надо подумать, во что это обойдется? Тут ведь и транспорт потребуется, и… дофига всего.
— Золотко ты моё ненаглядное! Когда продумывать это будешь, на стоимость программы особо внимания не обращай — потому что мы платить будем не деньгами, а душами будущих наших граждан. Деньги же… во что у нас Тихвинский территориально-производственный комплекс встает?
— А… ну да. Если на месяц всю продукцию Ярославского автозавода… а еще эти магазины морозильниками промышленными обеспечить…
— Вот что мне в тебе особо нравится, что ты думать вообще никогда не прекращаешь. Любую, самую бредовую на первый взгляд идею так повернешь, что выгод от ее реализации только слепой не заметит. Еще вопросы есть? Не технические, конечно.
— Сейчас пока нет, но обязательно будут. То есть только один вопрос, но я его всем задаю: как самочувствие?
— Ну… морда моего лица мне теперь больше нравится, а в остальном… В целом неплохо. Но я вообще не показатель: образ жизни сидячий, диета свинячая. Хотя уже то, что ем всё, что захочу, уже радует. Ты лучше Брунн поспрашивай, она до сих пор шило из задницы вытащить всё не соберется никак…
Спустя неделю Кате пришлось срочно решать еще одну проблему, на этот раз «семейную»:
— Ты зачем Дон избила? — сердито спросила она Екатерину Алексеевну.
— Не избила, а так, в сердцах ударила… немножко. А чего она?
— Чего «она чего»?
— Я же ей уже сколько лет русским языком говорю: нельзя нам ставить избы деревянные, нельзя! Народ дикий, отопление печное — нам только пожаров и не хватает!
— И при чем тут избы?
— Я едва успела: она уже собралась разослать по стройучасткам проект типовой деревни, в котором эти деревянные избы — основное жилье. Ладно бы только избы, она даже школы и больнички решила деревянные там ставить!
— Это же временно, а деревянный дом вчетверо дешевле…
— Это из Москвы глядя дешевле. В степях-то днепровских с лесом как-то не сложилось, его везти надо чуть ли не со Смоленщины. Или с Брянщины, невелика разница. А на восемьдесят тысяч домов этого леса возить нам не перевозить. Нам там и без того дров возить разных офердофига, двери-окна, да и полы те же из кирпича всяко не сделать. Короче вот, смотри: если мы говорим о временных строениях, то оказывается, что быстрее всего, да и дешевле всего прочего будут дома землебитные. Причем, так как извести потребуется раз в десять меньше чем бревен и её мы жалеть особо не будем, то даже временные наши домики простоят минимум лет сто. Приоратский дворец простоял больше ста лет даже без штукатурки, а потом еще столько же со штукатуркой. И еще простоит… ну, короче, мы с Дон немного пообсуждали достоинства и недостатки рассматриваемых вариантов…
— А бить её зачем было?
— Она — девочка очень умная. А я, похоже, нет: ну не придумала я, как ей рассказать про Приоратский дворец. Так что воспользовалась правом сильного…
— Она же тебя сильнее!
— Но формально мне подчиняется, да и не станет же она старушку лупить. Ладно, я уже по телефону перед ней извинилась, а вечером лично к ней зайду. Чувствуешь, как вкусно пахнет? Это я извинительный торт пеку для неё, шоколадный, по рецепту «Праги». Кстати, я один, пробный, уже сделала, ты со мной чаю с тортиком попьешь?
