Не ждали? Это относится едва ли не ко всем критическим ситуациям в жизни людей. Вот только, пожалуй, характер таких кризисов может быть самый разный. От неожиданно обрушивающегося комплекса трудноразрешимых проблем до подарка судьбы, о котором не мечталось даже в самых светлых снах! // Этим рассказом я завершаю неожиданно возникшую серию под общим названием «Синтетическая женщина». Когда писал первый рассказ, не думал, что напишу второй. Когда дописывал четвёртый, то уговаривал себя не продолжать эту тему, поскольку есть масса более интересных проектов, которые требуют внимания и времени. Поэтому пока это всё. Пока…
Что должен почувствовать человек, живущий в деревенской идиллии, где мир не испорчен техническими добавками, вроде водопровода, когда, отправившись с вёдрами за водой, он вдруг услышит стук в крышку колодца? Изнутри, понимаете? Прикольно, особенно, если это случится вечером.
Или вот другой пример – вы в квартире один, входная дверь заперта, окна закрыты. Вы уверены в своём уединении, потому что вся ваша семья, включая кота, на даче, а гостей в доме нет. Точно – нет, и накануне
Нет, первый пример, пожалуй, ближе к истине. А дело было так:
Они сидели в каюте и играли в шахматы. А, что? Если это молодые и по уши влюблённые друг в друга люди, то они обязаны на каждом шагу тра… Пардон, заниматься любовью? Вовсе не обязаны. Иногда полезно и в шахматы проиграть. То есть, поиграть. Нет, всё же, пожалуй, проиграть, потому что он проигрывал Изумрудке постоянно.
Вот и сейчас, он проиграл ей десяток партий и уверенно проигрывал одиннадцатую, когда в дверь каюты со стороны коридора постучали, и чей-то голос спросил:
– Простите, пожалуйста! Можно мне войти?
Они поглядели в сторону двери, потом друг на друга. Нет, это не было галлюцинацией, потому что галлюцинация это дефект сознания одного, но никак не двоих. Но ведь они в космосе! На таком расстоянии от Земли, что его измеряют временем, а не километрами. Они здесь одни, если не считать «замороженных» колонистов, оживить которых можно только по прибытии на место, то есть, на планету назначения. Это означает, что из анабиоза их выведут даже не на Коллекторе, как называют планету с гигантским космопортом, куда сейчас направляется скачковый корабль. Нет, их наряд
Итак, то чего не могло быть, имело место и находилось прямо за дверью. Нужно было что-то с этим делать, и, конечно же, вся ответственность при этом лежала на капитане-пилоте, который, впрочем, был единственным членом команды, так-как Изумрудка представляла собой его музу, а не подопечную.
Он встал, невольно подумав, что перед лицом неизвестности не помешало бы какое-нибудь оружие. Но оружия у него не было за абсолютной его ненадобностью. (То, что входило в традиционный аварийный набор корабля, находилось, естественно, не в каюте пилота.) Поэтому, он просто подошёл к двери и открыл её, всё же, инстинктивно, сжав кулаки.
За дверью стояла «мумия». По крайней мере, так выглядела фигура, аккуратно запелёнатая в компрессионные бинты, заменявшие одежду анабиотизированным колонистам.
– Зд-дравствуйте, – сказала «мумия». – Я п-прошу прощения, но мне не к кому больше обратиться за п-помощью!
– Кто вы? – спросил капитан, скорее сурово, чем удивлённо.
– Я… Еремей, – ответила «мумия» виноватым голосом.
– Какой ещё… – грозно начал «царь и бог» космического судна, но вовремя спохватился, увидев, что назвавший себя Еремеем, едва держится на ногах. – Вы что, колонист? – спросил он, подхватывая незнакомца под локоть.
– В не-екотором роде к-колонист, – ответил Еремей дрожащим голосом. – Можно мне п-присесть?
С помощью подскочившей Изумрудки Еремея ввели в каюту и усадили в кресло, в котором его тщедушная фигурка казалась нелепой куклой из старых тряпок. Капитан и его подруга во все глаза глядели на «в некотором роде колониста», которого, вообще-то, быть не могло.
Прежде всего, его не могло быть в природе по вышеуказанным причинам – колонисты должны были выйти из анабиоза только после прибытия на предписанные им планеты. Во-первых, их так дешевле было перевозить, ведь Коллектор планета безжизненная, и база на ней предназначена только для проживания относительно немногочисленного технического персонала. Да и каботажные корабли, это не пассажирские лайнеры и не прогулочные яхты. Людям требуется комфорт, а комфорт, это дополнительные затраты, которые сделают колонизацию недопустимо дорогой и могут свести на нет ожидаемую от неё выгоду. Во-вторых, после вывода из анабиоза колонисты не теряют времени на адаптацию и практически сразу включаются в жизнь той среды, в которой проснулись. Так зачем же будить их заранее?
Было ещё кое-что. Выдержать анабиоз без ущерба для здоровья могли только изначально здоровые и крепкие люди. Опять же осваивать новые миры должны были самые крепкие и выносливые представители человечества. Саркофаги и компрессионные бинты скрывали атлетически сложенных мужчин и одарённых превосходным здоровьем женщин. Возраст будущих колонистов при этом колебался от двадцати пяти, до тридцати лет, когда организм уже полностью сформировался, но не вступил ещё в стадию активного износа.
