— Верно, мы освобождали города, но кое-где нас не считали освободителями. Ты можешь представить себе игру в шахматы, когда за доской сидят четверо и каждый играет против трех остальных? Вот в такой ситуации оказались турки, армяне, лотарингцы и мы. При этом у несчастных турок не было никаких шансов: они думали только о том, чтобы сдаться западному рыцарю, который спас бы их от гнева местных христиан. Граф Танкред вел нас сначала к Тарсусу, гарнизон которого готов был сдать город, хотя у нас была всего сотня рыцарей, но внезапно появился граф Балдуин с гораздо большими силами: у него было по меньшей мере пятьсот рыцарей. Турки моментально удрали, и стены заняли местные жители, которым захотелось выбрать правителя из армян. Однако вокруг собралось слишком много западных рыцарей, и они начали было штурмовать наименее укрепленную стену. Но тут граф Балдуин пригрозил, что осадит город, если мы вздумаем его захватить, и нам пришлось отступить. Та же история повторилась в Адане: турки бежали, а армяне отказались пустить нас в город. В Мамистре турки замешкались и бежали в одни ворота, а мы в это время входили через другие. Только мы там обосновались, как подошел граф Балдуин и начал обстреливать стену. Но это было уже чересчур: даже его собственные вассалы плакали от стыда. В конце концов удалось договориться. Нас было меньше, но мы владели крепостью, и граф Балдуин оставил город в покое. Теперь граф Танкред стал князем Александрийским [34], а лотарингцы будут создавать свое графство в Эдессе, если сумеют ее захватить.

— Не очень-то это похоже на паломничество, — процедил Рожер сквозь зубы. — Слава богу, вы помирились раньше, чем пролилась кровь. Я рад, что мой герцог не стал вмешиваться в это грязное дело.

— Меня удивляет, — быстро сменила тему Анна, — что турки всюду бежали перед вами. Ведь эти города могли бы держаться очень долго. Значит, все наши трудности позади: нам нужно только добраться до Антиохии и Иерусалима, затем поселиться там и разбогатеть.

— Надеюсь на это, госпожа, — ответил Роберт. — Но местные христиане говорят, что Антиохия укреплена значительно сильнее, чем все города, виденные нами до сих пор, и что турки собираются защищать ее. Враг не знает, доколе мы будем гнаться за ним, и чувствует, что должен где-то остановиться. Нашим вождям следовало бы сообщить им, что Антиохия — конечная цель пилигримов, они сдадут ее без боя, если сумеют сохранить остальную Сирию.

— Мы не можем сделать этого, — быстро возразил Рожер. — Слишком многие хотят дойти до Иерусалима. Как вожди сумеют остановить нас, пока он не завоеван?

— Нет, — сказала Анна, — если турки будут отступать, это войско никогда не остановится. Как бы то ни было, нам нужна земля, и мне кажется, что замок Рожера лежит в стороне от маршрута паломников.

— Я понимаю вас, госпожа, — с улыбкой ответил Роберт. — Идеальное место для замка находится там, где можно устраивать набеги на вражескую территорию и где враг не сможет его осадить, верно?

— Пожалуй, да, но у меня ведь нет замка, — парировал Рожер. — И пока не закончится война, его и не будет. В конце концов я могу защищать стены Иерусалима, кому бы он не достался.

— Это было бы очень благородно, — вежливо заметил Роберт, — хотя и не слишком выгодно. Однако, кажется, пора ужинать. Нет, благодарю, я не останусь. Ваш паек не рассчитан на незваных гостей. Возможно, мы сумеем вместе пообедать, когда остановимся в деревне побогаче.

Он попрощался и важно удалился, красуясь развевающейся туникой.

— Красивый мерзавец, — сказала Анна, глядя ему вслед. — Эти итальянские норманны — отъявленные бандиты, по которым плачет веревка. Интересно, как он раздобыл эти шелковые одежды?

— Он прежде всего мой кузен, — мягко возразил Рожер. — Роберт наговорил много чепухи, но я думаю, это только болтовня. В Италии они ведут очень беспорядочную жизнь.

— В то время как ты вырос в отцовском маноре, который даже стенами не обнесен. Такие типы, как твой кузен, будут процветать всюду. Ты слышал, что он говорил о соглашении с неверными? Боэмунд идет впереди других вождей, а этот молодой человек распространяет сплетни о тайных переговорах. Нам необходимо получить землю немедленно, иначе будет слишком поздно!

— Моя дорогая Анна, — тихо сказал Рожер, заставив себя улыбнуться. Постоянные разговоры на эту тему изрядно надоели ему. — Если никто не даст нам землю, мы будем жить в городе. Мой отец не счел бы это бесчестьем. И в Провансе думают так же. Я смогу защищать Иерусалим. Это почти то же самое, что стать священником. Я не буду сражаться ни с кем, кроме неверных. Это было бы достойное дело и одновременно честный заработок.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже