— Пусть алый рассвет всегда освещает ваш путь!
Было кисло, горько, вязко — одним словом, противно.
— Вот ши! — закашлявшись, прохрипела Крилл. — Наверное, испортил то, что повар приготовил!
— Нет, это традиционный розыгрыш новых кадетов! — смеясь, крикнул сидящий за другим столом ловец. — Приятного аппетита, девушки!
К счастью, остальная еда оказалась вкусной, а сам обед прошел в приятной, даже расслабленной атмосфере. Это было новое и крайне приятное чувство — понимание, что не нужно спешить, куда-то бежать и что-то делать. Просто сидеть, наслаждаться покоем и…
— Кадет Талмор!
Что я там говорила о покое?
К нам приблизился Косичка, позвавший меня на разговор. В ответ на вопросительный взгляд Крилл я заверила, что скоро вернусь, и проследовала за своим куратором в другую часть зала. Там мы присели за отдельный пустующий стол, где обычно сидели старшие по званию, и Косичка без предисловий спросил:
— Как все прошло?
— Как видишь, жива, — улыбнулась я, поняв, что подразумевается вчерашнее общение с адмиралом. — Слушай, Тэйн… спасибо. Правда, спасибо. Ты не был обязан за меня вступаться. Я бы поняла, если бы ты ушел.
Куратор недобро прищурился:
— Ты за кого меня принимаешь? Среди ловцов никогда не было трусов и предателей. Ты спасла Льео, так что мы в расчете.
В отличие от меня, Тэйн наказание все-таки получил — то самое, о котором говорил адмирал. Его нагрузили дополнительными работами, и теперь вместо продолжения празднований ему предстояло убирать ангары. По его словам, этот вариант был самым безобидным, но я все равно считала такое положение вещей несправедливым, поэтому без колебаний приняла решение.
— Тебе нужно идти прямо сейчас?
Получив утвердительный ответ, демонстративно поднялась с места и выразительно посмотрела на куратора:
— Мы вместе были в катакомбах дроу и вместе будем отбывать наказание. Среди кадетов, ловец Брогдельврок, трусов и предателей тоже быть не должно.
Возразить на такой аргумент Косичке было нечего, и ему не осталось ничего другого, кроме как принять мою помощь.
Быстренько попрощавшись с Крилл, я вместе с куратором отправилась отрабатывать свои ночные подвиги. Человеческий отдых отменялся, но, как ни странно, это вовсе не огорчало. За время обеда я набралась сил и в ангары входила, полная энтузиазма.
Мой энтузиазм жил ровно до тех пор, пока смотритель летунов не всучил нам лопаты и не отправил прямиком к дрыхнувшим грифонам. Следом за энтузиазмом на тот свет отправились и мои наивные представления о том, что летуны — прекрасные, изумительные и во всех отношениях возвышенные существа.
«Полночь, ну ты и…» — хотела было высказаться я, но все-таки промолчала.
Как вскоре выяснилось, пегасы ничуть не уступают в «возвышенности» грифонам, а судя по количеству того, что требовалось убрать, даже их превосходят.
Выкатывая из очередного стойла наполненную доверху тележку, я подавилась смехом, увидев, как Косичка справляется с ящерами. Закатав рукава, сосредоточенный, прекрасный в своей надменности, ундин работал лопатой с таким видом, словно присутствовал на аудиенции самого короля.
Смотритель тем временем отсиживался в сторонке, почитывал свежий выпуск столичной газеты и неспешно раскуривал трубку, явно наслаждаясь происходящим. Проходя мимо него, я машинально бросила взгляд на газету и вдруг задержалась на заголовке одной из статей.
— Простите, можно взглянуть?
Нехотя оторвавшись от чтения, смотритель выдохнул колечко белого дыма и красноречиво глянул на мои перепачканные рукавицы. Я тут же поспешно их сняла и, как только газета оказалась у меня в руках, быстро пробежалась взглядом по заинтересовавшей статье. В первой новостной колонке говорилось о том, что через две недели в Сумеречье прибывает принцесса Линария.
— «Хотя визит ее высочества позиционируется как неофициальный, есть основания полагать, что королевская семья обеспокоена происшествиями в Сумеречном море и желает контролировать ситуацию лично, — полушепотом зачитала я. — По этим же причинам продлено пребывание в Сумеречье адмирала Рея, который должен был вернуться в столичный корпус сразу после праздников алых рассветов».
Дочитав до конца, я вернула газету недовольному смотрителю летунов, машинально надела рукавицы и задумалась. Больше всего удивляло то, что в Сумеречье отправили именно Линарию — принцессу, к которой никто и никогда не относился серьезно. Она сторонилась политики, редко появлялась на людях, да и вообще при своем положении умудрялась вести уединенный образ жизни.
Если королевская семья желала наблюдать за ситуацией лично, почему не доверили это Калисте, которая уже находится в Сумеречье? Или кронпринцессе Оксаре? Или тому же принцу Дэрену, который везде стремится быть первым?
— Навоз сам себя не уберет! — выдернул меня из размышлений смотритель. — Работаем, работаем, не то сообщу вашему капитану, что от наказания отлыниваете!
