Я подружился с двоюродными братьями Нелли и о них стоит, конечно, рассказать, так как это были незаурядные ребята. Во-первых – они были умны, во-вторых – оба имели склонность к музыке. Сёма отлично играл на скрипке. В первые годы учебы в мед. институте он подрабатывал в оркестре театра юного зрителя (ТЮЗ), на него «положила глаз» девушка с нашего курса, которую я хорошо знал по музыкальной школе. Её звали Лилиан Васильевна Шипачева. Я с ней дружил с далеких сороковых годов до самой её смерти. С Лилей мы вместе учились в музыкальной школе и музыкальном училище, она была на вокальном отделении (у неё был хороший голос – сопрано). В отличие от меня, она закончила музыкальное училище, т. к. смогла совместить с учебой в мединституте. Моей дружбе с Лилей и её браку с Сёмой яростно препятствовал её отчим – Василий Герасимович Шипачев (известный на всю страну хирург, заслуженный деятель науки, среди его научных достижений – известная работа по реабилитации кисти руки после ранения.) Почему? Одному Богу известно. Я вообще был ни при чем. С первого курса у меня была девушка Неля, которую я любил, а вот Сёме – досталось. Были скандалы с Василием Герасимовичем, но вверх взяла молодость и любовь. Сёма был интеллигентным молодым человеком, отлично учился, был начитан. После окончания мединститута и ординатуры по неврологии он недолго работал в областной больнице. Написал диссертацию по лечению радикулита и перешел трудиться доцентом на кафедру неврологии детского возраста Иркутского педагогического института. Написал монографию по лечению радикулитов. Вообще, он много работал, часто засиживался до поздней ночи. И однажды ночью у него произошел инфаркт миокарда, Семен скончался за несколько месяцев до семидесятилетия. Его сын Сергей Мейерович тоже стал врачом-невропатологом, с женой Надеждой, которая тоже врач, живет в Иркутске.
Младший брат Семена Володя Мейерович – после окончания института распределился в город Томск по специальности – психиатрия. В Томске он познакомился с коллегой – Дарьей Арсентьевной Колыхаловой. Они поженились и вскоре переехали в Москву, их приняли на работу в одну из психиатрических больниц, дали жилплощадь. Володя под руководством профессора Жислина начал писать кандидатскую диссертацию, но Жислин умер, и работу над диссертацией пришлось прекратить. Володя прилично играл на фортепиано. Он выучил часть фортепианной партии 1-го концерта Чайковского и иногда проигрывал её мне (дома у них было пианино).
У Даши с Володей родился сын – Игорь. Когда Игорь заканчивал школу, Володя с Дашей решили сменить ему фамилию с Мейерович на Колыхалов, чтобы избежать дискриминации по национальности при поступлении в московский вуз (негласно в СССР было такое с 50-х до 80-х годов). В начале 90-х Володя с Дашей переехали на постоянное место жительства в Германию. Игорь остался в Москве. Сейчас он доктор медицинских наук, ведущий научный сотрудник одного из научно-исследовательских центров по психиатрии. Женат на Ольге, которая тоже врач, недавно защитила докторскую диссертацию, и их дочь Ксения уже студентка Первого Московского мединститута. Вот такая, ставшая мне через Нелю родственной, продолжается врачебная династия Шипачевых-Мейеровичей-Колыхаловых.
Неля была очень красивой, умной и порядочной девушкой (с моей точки зрения – редкое сочетание). Она всем и мне, естественно, очень нравилась, через некоторое время я понял, что она единственная девушка, с которой я бы хотел быть всю жизнь, и в 1953 году Неля стала моей женой. У нас родились два сына – Александр (1955) и Петр (1965), и оба они стали врачами. Прожили мы с Нелей 49 лет, она умерла от инфаркта миокарда, не дожив 8 месяцев до нашей золотой свадьбы.
