Интересно, что в хозяйстве этой семьи была корова, и каждое утро по улице проходил пастух, собирая коров в стадо; вечером он пригонял животных обратно. Недалеко от них жила и еще одна сестра матери Нели, Сары Николаевны – Лия Николаевна, у которой была дочь тезка и ровесница моей Нели. Моя будущая тёща – Сара Николаевна имела комнату на другой улице, тоже в центре, иногда она ходила туда ночевать. Эти три сестры Белла, Лия и Сара (в девичестве Мейерович) жили очень дружно. Белла Николаевна работала бухгалтером в в лесотехническом институте, Сара Николаевна-секретарём-машинисткой в каком-то заочном институте. Во время моего приезда этого учреждения уже не было, и она, так же, как и Лия Николаевна, были домохозяйками. Их старший брат Исай (Исак) Мейерович, который выучился в Красноярске на фармацевта и к тому времени уже переехал в Иркутск, где был директором фармзавода.
В дальнейшем я бывал в Красноярске уже в середине 80-х годов. Мне хотелось, показать мою докторскую диссертацию академику Гительзону, директору института биофизики Сибирского отделения АН СССР. В моей диссертации был большой раздел об осмотической стойкости эритроцитов при свинцовой интоксикации. Гительзон очень внимательно прочитал мою работу и сказал: «Защищайтесь скорее, всего Вам доброго».
В этой поездке я останавливался у двоюродной сестры моей жены – её тоже зовут Нелей. Они с мужем показали мне правый берег города, а также мы съездили на Саяно-Шушенскую ГЭС, побывали в посёлке, где жил и писал замечательный сибирский писатель Астафьев. Потом Неля один раз приезжала в Иркутск – в 2002 году на похороны моей жены.
После 3-го курса мы вступили в брак. Это произошло в Красноярске, где я был в гостях у Нели – последние дни каникул 1953 года. В эти дни в Иркутске погиб сын сестры моей бабушки Яков, поэтому праздность свадьбу в Иркутске не было возможности, родственники были в трауре. Но отметить наш брачный союз с Нелей, все-таки, надо, и Нелина тетя Белла Николаевна организовала свадебный вечер. Пришли Нелины друзья и подруги по школе, пришли родственники, которые проживали в Красноярске. Было по-семейному тепло и просто, без громких фраз и пьяных физиономий. Надо было уезжать учиться, мы с Нелей приехали в Иркутск и 4 сентября 1953 года оформили брак в ЗАГС. Мои родители отнеслись к Неле нормально, спокойно, мама сказала ей, что может сделать из нее хорошего хирурга, но Неля, не знаю почему, от этого предложения отказалась.
В 1955 году у нас родился сын Александр – здоровый, большой мальчик. С ним первое время занималась тёща Сара Николаевна и целиком отдавалась делу его воспитания. Она стала жить с нами – благо, места хватало.
А мы продолжали заниматься своими студенческими делами. Меня выбрали в институтский комитет комсомола, дали мне спортсектор вместе со студентом 5-го курса Колей Дубининым – я возглавлял команду шахматистов, он был организатором в других видах спорта (волейбол, коньки и др.). Я ездил на шахматные соревнования по линии спортобщества «Медик» – в г. Алма-Ату, в Москву и Ленинград. Здоровье моё было хорошее, только зрение было -10. Тогда ещё не был организован институт хирургии глаза, и высокая близорукость не поддавалась лечению. Я не бросил биохимию и мне завкафедрой профессор Павел Алексеевич Шершнев готовил место в аспирантуре.
Нэле очень нравилась неврология, она хотела быть невропатологом. Всё это замечательно, но, когда дело дошло до распределения на работу, – мне секретарь партком института сказал, что партия борется с семейственностью (моя мама профессор Сенчилло-Явербаум заведует кафедрой госпитальной хирургии) и взять её сына в аспирантуру не представляется корректным. «Вот если бы Вы, Зинаида Тихоновна, были бы простой прачкой, то тогда никаких разговоров бы не было, мы взяли бы вашего сына в аспирантуру» – так маме ответил парторг вуза.
И нам с женой удалось «зацепиться» за места в МСЧ завода п/я 14 в г. Усолье-Сибирское, что расположен примерно в 80 км от Иркутска. Меня туда приняли в лабораторию, Нэлю – невропатологом. Перед выходом на работу Нэля прошла подготовку по нервным болезням на кафедре мединститута, а я в лаборатории медсанчасти Ангарского комбината № 16. Лабораторией заведовала относительно пожилая женщина – помню только, что её звали Анной Ивановной – по образованию медицинская сестра, но она была умна и лабораторное дело знала великолепно. Лаборатория была оснащена хорошими микроскопами, аналитическими весами, биохимическими приборами – достаточно современными для того времени (пламенные фотометры, фотоэлектроколориметры). Вспомнил, как нас учили в институте титровать.
