Сплюнув кровь, фокусируя зрение, я с трудом разглядела, что происходит. Мои действия все же имели последствия. Теперь вместе с лавой вверх взлетали камни. Большие и мелкие глыбы с грохотом, который все же глушил стук сердца в ушах, падали на землю. Один из таких камней едва не пробил мне голову, каким-то чудом зацепив только краем. Пытаясь собрать всю силу, что еще была в моем теле, я, как могла, выставила щит. Но слабая защита, плохо и криво слепленная, трещала и рассыпалась как тонкое стекло. Прикрывая голову руками и крыльями, сидя на горячих камнях, я осознала, что, кажется, моя смерть близка как никогда. Когда перед глазами вспыхнули первые из защитных сфер, последний оплот доступной мне магии, стало по-настоящему страшно. За все годы у меня собралось восемнадцать сфер, большая часть которых была создана из перьев тенгу и сейчас перед моими глазами, сквозь муть слез, собравшихся в глазах, я наблюдала падение каждой из них.
Первые девять разлетелись как сахарные, пробитые не только камнями, но и странной магией этих мест. Десятая продержалась дольше, переливаясь радугами на фоне красно-оранжевого неба. Она досталась мне в подарок от совсем слабого божества, чей храм когда-то удалось сберечь от разорения. Сфера лопнула со звуком мыльного пузыря, словно крах последней надежды. От этого звука, от несоответствия происходящего со всем, что было в моей жизни раньше, я вдруг громко всхлипнула, словно в горле что-то застряло.
Сдернув один из семейных амулетов, тонкое неприметное кольцо, я сжала его в руке, надеясь получить еще хоть немного времени от белой сферы, подаренной Рю. Белый волк, друг моего брата, был достаточно силен, чтобы дать мне чуть больше времени, оберегая от здешней магии. Ослабевшие пальцы никак не могли сдавить тонкий металлический ободок с достаточной силой, чтобы выпустить магию, скрытую внутри. Как так могло оказаться, что я вдруг осталась ни с чем, совершенно не в силах хоть что-то сделать? Проклятое ожерелье!
Кольцо треснуло одновременно с падением одиннадцатой сферы. Теплая волна наполнила тело, позволив оттолкнуться от земли, взмывая вверх. Воронки все еще были здесь. Больше ни тратя ни единого мгновения, не обращая внимания на потерянную сумку с вещами, я резко спикировала вниз, к той из них, что тускло поблескивала голубым в глубине. Не замедляясь, я практически разорвала пространство, едва не оглохнув от крушения еще одной защитной сферы. Взрыв ослепил, подол одежды вспыхнул, кажется, как и кончик одного из крыльев, но я была совсем в другом небе.
Чистое, серо-голубое, оно слепило и пьянило.
Зависнув в небе у какого-то города, светлого и словно укрытого туманами, я с облегчением позволила себе потерять сознание. Здесь мне точно не умирать. Не с теми сферами, что остались целы.
Мне не хватало холода. Так было редко, но мамины чары, волшебство цвергов, позволяющее существовать смешанной крови и покрывающее мое тело рисунками, требовало пищи. Изнывая от жары, беспокойства, от нудного, постоянного гудения в голове, я с отвратительным настроением искал кого-нибудь из братьев, чтобы почесать кулаки и сбросить хоть немного жара.
Лучше всех подошел бы, конечно, Бергель, но я был бы рад и кому-то из младших. Тревога, ожидание чего-то, будоражили кровь, не позволяя успокоиться и взять под контроль гремучую смесь, бегущую в моих жилах.
– Шел бы да обогрел покои своей матери, брат, – Голос Бергеля был как музыка для моих ушей. Сын двух великанов, истинный хримтурс, брат был достаточно силен, чтобы противостоять такому, как я, – столько тепла пропадает.
– Покои Трюд не самое подходящее места сейчас. Но я был бы рад твоей компании.
– Не думаю, что отец и Трюд одобрят, если мы начнем греть друг друга, – Бергель громко захохотал с собственной грубой шутки, но видя, что я не разделяю настрой, брат чуть более серьезно продолжил. – В прошлый раз я едва не выбил тебе глаз. Если так случиться снова, Снор будет недоволен.
– Отец будет еще более недоволен, если я разнесу его Туманные чертоги из-за беспокойства, что щекочет у меня в голове. Удели время брату, не будь так высокомерен. Тебе разве не говорили, что старшие должны учить тех, кто младше.
– Не надо лести, Хакон. Я отлично знаю, что ты умнее, а иногда и сильнее меня. Но если тебе требуется помощь, то я вполне готов.
Большой зал с высокими арками, но без потолка, с серо-голубым мглистым небом над головой, располагался позади дворца. Говорят, эту часть Чертогов построили еще до Рагнарека, но все что осталось – это пол и арки. Новый хозяин, Снор, решил так и оставить пространство открытым, отдав его для развлечений молодым хримтурсам. Те силы, которые достались нам по крови, требовали обучения, а для этого лучше всего подходили именно открытые пространства.
