Он расправил свои крылья, и агент, уже начинающий понимать, что к чему, поднялся, встав так, чтобы оказаться в эллипсе, который айор сделал, соединив когти на концах крыльев. Земля дрогнула, и через мгновение они уже стояли на обычной зеленой поляне. Громадное строение, выполненное из серого с черными прожилками камня, не имело дверей, зато все окна имели что-то вроде балконов, только без перил. Один из айоров, мастерски спланировав, ловко приземлился на выступ балкона, а затем шагнул внутрь.
— У нас нет нужды в обычных дверях, мы можем летать, — пояснял Глук. — Раньше здесь водились лимры — что-то наподобие своков, что на Акаве, только покрупнее — и иметь двери было даже опасно. Они часто нападали ночью, когда мы плохо видим. Сейчас они здесь очень редкие гости, но двери нам все равно не нужны… Подожди меня здесь, я сейчас вернусь, — он подпрыгнул и, расправив крылья, взмыл в воздух, а затем спланировал к одному из окон и шагнул внутрь.
Раденко, провожая его взглядом, пытался представить себе, какими же монстрами должны были быть эти лимры, если айоры их побаивались.
— Владислав, сюда! — Глук стоял в проеме двери и, махая рукой, подзывал его.
— Так у вас же внизу нет дверей? — спросил его Владислав, когда очутился в залитом солнечными лучами, сквозь оконные ниши, зале.
— Я не говорил, что у нас их нет, я говорил, что они нам не нужны, — мягко возразил Глук, жестом приглашая гостя к столу.
Увидев то, что стояло на столе, Владислав не задавал больше вопросов и уселся обедать.
— Слушай, Глук, вы, как я понял, давно знакомы с металлогоидами… с рунерами, — быстро поправился он, сглотнув. — Если они живые — значит, тоже нуждаются в пище. Что они едят? Я не хочу уморить голодом моего товарища, — он ласково похлопал рукой по рукоятке меча, впервые обратив внимание, как меч дрогнул в ответ.
Глук, вгрызаясь в кусок мяса, ответил:
— Живут они сотни тысяч лет, но едят редко. Если ты касался этим мечом другого металла, то кормил его.
— Подожди, подожди, а если я потом соединил назад половинки разрубленного металла? — переспросил его Владислав.
— Значит, — Глук сглотнул кусок мяса, — значит ты заставил его срыгнуть все съеденное обратно… Ешь, — он подовинул блюдо с мясом к человеку.
— Подожди, — Владислав, явно потеряв апетит, перестал есть. — Его, — он указал взглядом на рунера, — тоже надо покормить.
Глук перестал есть и посмотрел серьезными глазами на Владислава.
— Ну так покорми, если тебе не терпится. Я же тебе говорю, они едят редко.
— Чем мне его покормить? — спросил агент, не обращая внимания на последнюю реплику айора.
— Металлом, конечно, — Глук снова вцепился зубами в кость и, скосив глаза, наблюдал за человеком.
— Это я уже уяснил, — нетерпеливо сказал Владислав, — а каким?
— Вообще-то любым, — Глук уже перестал есть, — Но лучше цветным, еще лучше — благородным. Чем меньше разных неметаллических примесей, тем охотней рунеры его едят.
Владислав задумчиво постучал костяшками пальцев по столу.
— Есть, — вдруг рявкнул он так, что Глук вздрогнул от неожиданности, а все присутствующие в наступившей тишине разом повернулись к их столику.
— Извините, — Владислав обвел всех присутствующих взглядом, — Извините, не хотел вам мешать.
— Это кто? — поинтересовался один из айоров, так, чтобы его слышали все остальные, — и почему он здесь?
— Это человек с Акавы, о Мортус Тивер, — ответил Глук поднимаясь и склоняя голову, — гость Мортуса Норк.
Имя Мортуса Норк видимо было достаточно авторитетным и такой ответ вполне удоволетворил любопытство присутствующих. Айоры отвернулись, и в помещении снова послышался обычный для этого места шум.
— Хотел спросить, — Владислав понизил голос, — Что такое Мортус и почему вы все Мортусы. И еще, Мортус Норк — это ваш правитель?
— Почти угадал, — Глук снова сел за стол. — Мортус Норк один из верховных правителей. Мортус это форма обращения к мужчинам, форма обращения к женщинам — Агус.
— А вот этот, что спрашивал — Мортус Тивер, тоже правитель? — не унимался Владислав.
— Мортус Тивер — наш Овереп, что то вроде военначальника у вас. — Ответил Глук. — Так что, ты сказал у тебя есть?
— Вот, — Раденко расстегнул комбинезон и вытащил из-за отворота платиновый жетон с личным номером. — Вот, это подойдет?
Глук лишь молча кивнул.
— Как ему это скормить?
— Скажи ему, что ты хочешь, сам — глядишь, и найдете общий язык, — ответил айор.
Владислав положил значок на стол и сказал, обращаясь к рунеру:
— Друг, у меня есть для тебя угощение, — однако не успел он договорить, как рукоятка меча снова ожила.
Истончившись и удлиняясь, тонкая струнка металла скользнула по столу, слизнув платиновый жетон, и вернулась к прежней форме, оставив на столе лишь стальное колечко. Владислав повертел в руках остаток.
— А это не хочешь?
Айор, с интересом наблюдавший за процедурой кормления, улыбнувшись, ответил:
— Нет, это он не хочет, но значок ему понравился, он спрашивает, нет ли у тебя еще одного такого же?
— К сожалению, нет, — сокрушенно сказал агент, а потом, словно вспомнив, добавил, обращаясь к металлогоиду: