Сегодня им повезло дважды. Пробив изрядную брешь в густом покрове леса, который весьма основательно затормозил падение неуправляемой машины, скуттер скользнул носом вниз и воткнулся в почти пересохшее болото где многометровый слой торфа, словно гигантская пуховая перина, смягчил падение. Тем не менее, удар был весьма ощутимым. Мисс Джонс ткнулась лбом в лобовое стекло и осталась неподвижна. Сверху на нее, вперемешку с вещами, упал Владислав. От удара у него потемнело в глазах, хотя сознание он не потерял. Едва придя в себя, он начал лихорадочно барахтаться, пытаясь достать свободной рукой ключ из кармана мисс Джонс. Наконец с пятой попытки ему это удалось, и он, сбросив силовые путы, поднялся на ноги. Колени его дрожали, руки едва слушались, во рту было солоно от крови, но он, преодолевая слабость, прикоснулся к сонной артерии женщины и облегченно вздохнул, когда почувствовал слабый пульс. Космическая пиратка была жива, хотя и без сознания.
— С галактической полицией вам все таки придется познакомиться поближе,… мисс. — буркнул он себе под нос.
Первым делом агент вытащил из висевшей у нее на поясе кобуры, бластер и сунул его себе за спину за пояс. Затем, с третьей попытки, выбив ногой искореженную дверь, которая и так едва держалась на одной петле, выбрался наружу. Скуттер лежал почти на самом краю болота и, пуская пузыри, медленно погружался в мутную жижу. Владислав Раденко снова забрался внутрь и взяв женщину под мышки, вытащил ее наружу. Положив раненую на сухое место, он вернулся к скуттеру, и забравшись внутрь принялся лихорадочно рыться в вещах, откладывая в сторону вещи первой необходимости. Пробравшись к выходу, он начал одну за другой выбрасывать вещи на берег. Мутная болотная жижа уже заливала салон, с каждой секундой увеличивая наклон корабля. Поскользнувшись, Владислав потерял равновесие, и брошенная им на берег аптечка, громко хлюпнув, ушла под воду. Чертыхнувшись, он вернулся в салон и стал рыться в оставшихся вещах, в надежде найти вторую. Так и не найдя ее, он принялся выбросывать на берег те вещи, которые он еще мог осилить.
Однако многометровый слой торфа под тяжестью грузового скуттера, все больше раздавался в стороны, оставляя последнему свободным путь в глубь болота. Скоро агент бросил попытки спасти остатки вещей. Он выпрыгнул наружу и по грудь в воде побел к берегу. Еще пять минут назад здесь было только по колено. Судя по всему, торф прогибался не только под разбитым скуттером, но и вокруг. Добредя почти до берега, где было уже по колено, Владислав принялся шарить руками в мутной воде и искать аптечку, упавшую где-то здесь. С тех пор, как он выскочил из своего убежища к пиратскому кораблю, чтобы попытаться связаться с патрулем и до этого момента прошло уже несколько часов, а он все еще был в том металлическом костюме с планеты металлогоидов. Поэтому Владислав чувствовал себя достаточно уверенно и не обращал внимания на то, что что-то тыкалось в его руки и ноги. Наконец, нащупав ящик аптечки, который лежал, наполовину зарывшись в ил, он ухватился за него обеими руками и, вытянув его из воды, выпрямился.
От скуттера над водой сейчас осталась только хвостовая часть, которая продолжала держаться на плаву только благодаря все еще функционирующему антиграву. Подумав о том, что было бы неплохо отсоединить антиграв и сделать из него этакие сани для транспортировки, Владислав повернул к берегу, решив попозже обмозговать эту возможность, но что-то весьма плотно обвило его ноги, не пуская на берег. После нескольких тщетных попыток агент сунул руку в воду и ощупал то, что мешало ему передвигаться. На ощупь это было что-то похожее на гибкие лианы, но явно живое, судя по тому, как эти плети подрагивали под его пальцами. Раскачав ящик аптечки двумя руками, он с размаху швырнул его на берег, а затем принялся распутывать свои ноги, в душе моля бога, чтобы его догадка была ошибкой. Наконец, высвободив ноги, он двинулся к берегу, решив, что пробираться к антиграву, пожалуй, не менее рискованно, чем падать вниз.
На берегу агент открыл ящик с аптечкой и выругался с досады. При падении скуттера ящик от удара разгерметизировался и теперь, после того, как он побывал в воде, вся чувствительная диагностическая аппаратура вышла из строя. Правда успокаивало то, что лекарственные препараты и перевязочные материалы лежали отдельно, герметично запакованные. Порывшись немного и выбрав необходимое, Владислав подошел ко все еще лежавшей без сознания женщине. Осмотрев ее и убедившись, что ничего не сломано, только разбит лоб и нос, да еще возможно сотрясение мозга, он обработал ей раны и перебинтовал голову, а затем вколол дозу снотворного.
