Но как бы там ни было, трудно представить лучшее средство для отваживания нежеланных гостей. Он поспешно соскочил с помоста. Это место не из тех, где стоит задерживаться.
Досадно было сознавать, что без этого устройства ему отсюда не выбраться, но он решил думать и беспокоиться о чем-нибудь одном. Когда разведывательная экспедиция в Комарру будет завершена, он завладеет этой и всеми другими ее тайнами.
В сущности, он не был самонадеянным. Между Лейтоном и создателями города лежали пять столетий поиска и исследований. В городе можно было найти много нового, но ничего, что невозможно понять. Выбрав наугад один из выходов, Пейтон приступил к изучению города.
Неуловимый гость доставил маленькому роботу немало хлопот, прежде чем тот все-таки нашел его, ибо Пейтон, изучая город, быстро перемещался из помещения в помещение. Наконец машина застыла в центре маленькой круглой комнаты, оборудованной магнитными переключателями и освещенной яркой люминесцентной лампой.
Согласно показаниям приборов, Пейтон находился всего в паре метров, но четыре линзовых глаза робота не отмечали его присутствия. Сбитый с толку робот стоял неподвижно, нарушая тишину негромким урчанием моторов и периодическим фырканьем реле.
Пейтон с интересом наблюдал за машиной, стоя на узеньком помосте в трех метрах от земли. Перед ним находился металлический цилиндр на платформе с маленькими колесиками. Все колеса были ведущими. Цилиндр был абсолютно гладким, без каких-либо конечностей, и только кольцо линзовых глаз и решетки на месте систем звуковой речи нарушали его первозданную целостность.
Было забавно наблюдать за растерянностью машины — ее жестяные мозги раздирала противоречивая информация. Робот знал, что Пейтон должен находиться в комнате, но его «зрение» свидетельствовало об обратном. Он принялся кружить по комнате. Пейтон сжалился и спустился с помоста. Машина тотчас же остановилась и выдала формулу приветствия.
— Меня зовут Эй-пять, я отведу вас куда пожелаете. Пожалуйста, отдавайте мне приказания в стандартных для робота выражениях.
Пейтон был порядком разочарован. Это был самый обыкновенный робот. В городе, построенном Тордарсеном, он рассчитывал встретить что-нибудь поинтереснее. Однако машина, если правильно ее использовать, может оказаться очень полезной.
— Спасибо, — сказал Пейтон, осознавая бесполезность подобной благодарности. — Отведи меня, пожалуйста, в жилые кварталы.
Хотя Пейтон был уверен, что город полностью автоматизирован, он рассчитывал найти в нем союзников — людей. Они могли помочь ему, в крайнем случае — хотя бы не оказать сопротивления.
Без единого слова маленькая машина развернулась на колесиках и выкатилась из комнаты. Коридор, по которому она вела гостя, заканчивался красивой дверью, открыть которую обычным способом было невозможно. Но Эй-пять знал секрет. При их приближении толстая металлическая плита тихо скользнула вбок. Робот вкатился в тесную комнатку, похожую на коробку.
Пейтон подумал, что снова очутился в передатчике материи, но помещение оказалось обычным лифтом. Судя по времени, лифт поднялся почти на вершину города. Когда дверь отворилась, Пейтону показалось, что он попал в другой мир.
Коридоры нижних этажей были тусклыми, однообразными, чисто утилитарными. Здесь же Пейтон обнаружил просторные холлы и залы, обставленные весьма роскошно. Двадцать шестое столетие было временем вычурных декораций, ярких красок, сложной игры цветов, глубоко презираемых в более поздние века. Но Декаденты превзошли и собственное время. Оформляя Комарру, они использовали ресурсы не только искусства, но и психологии.
За всю жизнь нельзя было пересмотреть всей живописи, резьбы, всех фресок и гобеленов, которые до сих пор оставались яркими, как в первый день создания. Было ужасно несправедливо, что такое поразительное место заброшено, пустынно, скрыто от мира. Пейтон, как ребенок, бегал от одного чуда к другому, утратив весь свой научный пыл.
Здесь были работы гения, возможно, величайшего за все время существования мира. Но этот непревзойденный гений был болен духом, он отчаялся и разуверился. И тут Пейтон понял, почему создателей Комарры прозвали Декадентами.
