После того как над планетой пронесся ураган по имени Мергиона Пейджер, дежурным главным героем стал юный гений политтехнологий Сен Аесли. До сих пор он пребывал в тени Порри Гаттера и Мергионы, и с удовольствием пребывал бы там еще долгое время, если бы не роковые события Вальпургиевой ночи 2003 года… Смогут ли маги освоить неколдовские науки, как встретят в Школе волшебства Первертс реабилитированного Мордевольта, получится ли вернуть магию Сену и Мерги, а также чем за это придется заплатить – в новой книге о Порри и его друзьях.
Предупреждение!
Читатель! Внимание!
Первый том Девяти подвигов Сена Аесли будет закончен на самом интересном месте.
Не начинайте его читать до тех пор, пока не заполучите второй том.
Или, в крайнем случае, не читайте дальше третьего подвига.
Или делайте что хотите, но потом не говорите, что вас не предупреждали.
Жвалевский/Мытько
Ах да, чуть не забыли!
Приятного чтения!
Скажи мне, кто твой отец, и я скажу, чей ты сын.
Задолго до многих памятных событий.
До того, как Сен Аесли предотвратил свой первый глобальный вооруженный конфликт.
До того, как Мергиона Пейджер разгадала свой первый ребус японского бога.
До того, как Порри Гаттер собрал из отцовских часов своего первого летающего скорпиона.
Давным-давно.
Много лет назад.
В прошлом веке.
Было 1 июня 1995 года. Серое британское утро неспешно переходило в серый британский день. Про такие дни обычно говорят: «ничто не предвещало». В данном случае это неверно – у магов всегда что-нибудь предвещает. Вот и сейчас потрепанный Рупор Судьбы на стене кухни в доме Аесли устало предвещал опасности, подстерегающие этим вечером Козерогов при нырянии в водоемы с неисследованным дном. Всем остальным знакам Рупор сулил незабываемые впечатления, для получения которых достаточно этим вечером оказаться вблизи водоемов с неисследованным дном.
Маленький Сен Аесли сидел за обеденным столом и увлеченно кидался манной кашей. Белые молочные плюхи одна за другой художественно выстраивались на потолке, образуя улучшенную модель Солнечной системы – большинство планет находилось не на своих местах, зато их было очень много.
Плюх! Плюх! Плюх!
Для катапультирования завтрака Сен использовал сразу шесть ложек, которые роились над тарелкой, как большие серебряные осы, и по очереди ныряли вниз.
Плюх! Плюх!
Грег и Минерва Аесли смотрели на сына.
Плюх!
– Может быть, сегодня не будем строги, – сказала Минерва. – Все-таки у Сена День Рождения.
Плюх!
– День Рождения – это подарки, – сказал Грег, – это торт со свечками. Это гости. Это познавательные игры. Это избавление от избытков энергии путем радостного барахтанья на старинном ковре. И, наконец, главная радость – уход гостей. Все это сегодня будет, и все это
Плюх!
Ложки повисли в воздухе. Рупор Судьбы смолк, не завершив интересную мысль о недопустимости махинаций с Весами.
– Объясни, пожалуйста, Сен, что ты делаешь. И, главное, зачем ты это делаешь?
– Не знаю, – сказал Сен. Ложки плюхнулись в тарелку, что привело к небольшому кашетрясению.
– Надо знать. Ты уже большой. Тебе не два года, не три и не три с половиной. И в твоих действиях должна быть
– Ло-ги?… – повторил Сен. – Ло-га?
– Логика означает, что ты должен знать, что делаешь и зачем делаешь, – логика всегда была сильным местом Грега Аесли, недавно назначенного директором Департамента Затуманивания[1]. – У твоих действий должна быть веская причина, разумное объяснение. У заляпывания манной кашей потолка нет разумных объяснений. Это
Сен взял ложку, ткнул в манную кашу, сунул в рот. Посмотрел на родителей.
Грег улыбнулся. Минерва вздохнула.
– Кха-кха, – сказал Рупор Судьбы. – Так я продолжу. У Близнецов сегодня произойдет событие, которое изменит всю их жизнь… – Рупор покосился на Сена. – Давайте про Рыб. На безрыбье им лучше не попадаться Раку…
Весь День Рождения Сен добросовестно исполнял обязанности именинника. Он радовался гостям (чтобы они остались довольны), говорил «спасибо» за подарки (чтобы в следующий раз принесли новые), играл с детьми гостей (чтобы в увлекательной форме развиваться и познавать мир). Только один раз он замешкался. Когда гости начали требовать задуть четыре свечки на торте, Сен поднял глаза на отца:
– Лога?
Грег Аесли кивнул. Сен четыре раза дунул. А ночью к нему пришли логи.
Гладкие, круглые и серьезные, они уселись на спинке кровати и уставились на Сена.
– Так, – сказала самая большая лога. – Надеюсь, ты знаешь, что сейчас делаешь?
Сен высунул нос из-под одеяла:
– Я… ле… лежу…
– Допустим, – качнулась Лога. – А ты знаешь, зачем ты лежишь?
– Чтобы… чтобы спал… сплю… спать!
