– Вернись за стойку – в кофейне у нас посетители, – прошу сестру и, бросив взгляд через плечо, намекаю, что и «посетителю» нужно убраться обратно в зал.
Крис заглядывает через стекло в духовку, где выпекаются свежие багеты, и не собирается никуда уходить. Парень ловит мой недовольный взгляд и отзеркаливает его своим дружелюбным.
Крис не испытывает ни капли стыда из-за того, что вчера я познакомилась с его анатомией чуть ближе? А вот я заливаюсь краской, потому что теперь воспоминания об этом будут преследовать меня всю сознательную жизнь!
Мне нужно найти себе парня. И заняться с ним сексом. Может быть, тогда образ голого Кристиана Вейта слегка померкнет в моей голове.
– Ты что-то хотел? Кэт тебя обслужит, – бросаю в его сторону, все еще борясь со стоп-кадрами в своей черепной коробке.
– Вообще-то я к тебе, Лиззи.
– Элизабет, или у тебя плохо с памятью, Вейт?
– «Элизабет» слишком официально, а мы вчера стали с тобой намного ближе, Лиззи, – приподнимая бровь, произносит Вейт.
К щекам вновь приливает румянец. Однако в этот раз совсем не от смущения, а из-за чертовой злости.
Кристиан Вейт вторгся в мой пекарный цех! Это моя территория. Мой маленький мир, где я медитирую наедине с запахом выпечки, корицы и ванили и где ему и его совершенному телу нет места!
– Чего тебе? Мне некогда с тобой болтать. – Демонстрирую испачканные в муке руки и вновь сдуваю падающую на глаза челку.
– Мама не могла тебе дозвониться и просила передать, что заедет сегодня в кофейню под закрытие, чтобы обсудить меню на бал.
– Я хочу отказаться, потому что боюсь не справиться, – зачем-то озвучиваю свой главный страх.
Черт. Нужно было промолчать!
Брови Вейта сходятся на переносице, а из глаз пропадает все веселье.
– Глупости. Ты со всем справишься, Лиззи.
– Забудь, тебе не понять. – Я отмахиваюсь от Криса рукой и, зажмурившись, громко чихаю от поднявшейся в воздух муки.
Это было фатальной ошибкой, потому что, стоит мне открыть глаза, я вижу рядом Вейта.
Он стоит близко. Намного ближе, чем раньше. А вот моя сестра, наоборот, испарилась, оставив нас наедине.
Крис теперь заглядывает в мое лицо, очерчивая его пристальным взглядом.
Опять эти чертовы мурашки активизировались и армией приподнимают волоски на моих руках!
– Да, мне не понять, как можно принижать свои достоинства и каждый раз сдавать назад при виде трудности. Твои десерты и выпечка – лучшее, что я пробовал в жизни, и готов питаться ими каждый день.
– Спасибо, – в шоке бурчу себе под нос.
– Они достойны того, чтобы о них говорили все и в кофейне выстраивалась очередь. Какого черта ты не даешь людям права узнать о себе, Лиззи?
– Кто сдает назад? Я? – произношу зло, сощурившись. – Я не пошла в колледж, чтобы родители не потеряли семейный бизнес. Я придумала новую линейку десертов и разработала их с нуля, чтобы привлечь новых посетителей. Помимо этого я каждое утро на протяжении трех лет, встаю в четыре часа утра, чтобы у всего района была возможность купить свежий хлеб из нашей пекарни! И ты после этого говоришь, что я боюсь трудностей? Ты ни черта меня не знаешь, Кристиан.
Тыкаю пальцем в грудь Вейта, оставляя на его черной футболке белые пятна от муки. Он смотрит сначала на них, а затем вновь на меня. В его взгляде много незнакомых эмоций, которые вводят меня в смешанные чувства. Злюсь, нервничаю, смущаюсь и чувствую что-то смутно похожее на гордость. И я теряюсь еще больше, когда Крис начинает наступать на меня, до тех пор, пока не упираюсь поясницей в холодную металлическую столешницу.
– Ты не взяла свадебный заказ Бастеров, а потом отказалась от детского праздника со сладким столом на пятьдесят человек, сославшись на занятость. Тебя пригласили провести несколько мастер-классов для студенческих сообществ в Сиднее, и ты опять отказалась. Одно из женских сестринств хотело заказывать у тебя именные кексы на каждое мероприятие, но ты и здесь отказалась. Ответь мне, Лиззи, почему ты каждый раз упускаешь шанс заявить о себе? – мягко обхватив мое запястье и опуская мою руку вниз, спрашивает Крис.
В горле пересыхает, пульс бьет по вискам.
– Откуда ты знаешь, куда меня приглашали, а куда нет, Вейт? Ты следишь за мной?
Кристиан не спешит с ответом, а я боюсь ошибиться с догадкой, которые, одна безумнее другой, проносятся в моем мозгу.
– Может быть, – криво улыбнувшись, тянет Вейт.
– Зачем? – Почему от волнения я скриплю, как седло на старой кляче?..
Крис ставит руки на столешницу вокруг моего тела, захватывая меня в капкан, наклоняется ниже. Так что наши лица теперь находятся почти на одном уровне. Он заправляет выбившуюся прядь моих волос за ухо и нежно проводит большим пальцем по линии моего подбородка.
Что он делает? Очень похоже на мой оживший сон прямиком из седьмого класса.
– На то есть причина, Лиззи, – тихо произносит Вейт, наклоняясь еще ниже.
Крис смотрит на мои губы, а я задерживаю дыхание, боясь пошевелиться.
– Лиз! Кофемашина опять плюется молоком! Сделай с ней что-нибудь!
