Но этого мне было мало. Я пообещал себе, что сегодня измотаю себя тренировками до полусмерти, потом наемся до отвала, лягу спать, а когда проснусь – начну все сначала.
Поэтому я направился к стрелкам. Через некоторое время я одолжил у кого-то лук и привычным способом, тремя пальцами, выпустил сотню стрел. С попаданиями у меня было не так уж плохо. Затем какое-то время глядел на всадников, на их копья, щиты, булавы. Когда это мне надоело, отошел к тем, кто упражнялся в рукопашной.
Наконец я поборол по очереди троих и тут понял, что выложился. Полностью. До конца.
Я сидел в тени на скамье, тяжело дыша и истекая потом. И думал о Лансе, о Ганелоне и о еде. Минут через десять я вернулся в свою комнату и снова ополоснулся.
Тут я почувствовал волчий голод, а потому отправился на поиски обеда и новостей.
Не успел я отойти подальше от двери, как один из двух стражников, которых я запомнил с минувшего вечера, – тот, что провожал меня спать, – подошел ко мне и сказал:
– Лорд Ганелон просит вас отужинать с ним в его апартаментах, когда пробъет колокол.
Я поблагодарил, обещал непременно явиться, вернулся к себе и отдыхал на кровати, пока не настало время. А потом направился к Ганелону.
Мышцы мои начинали болеть, добавилось и синяков. Что ж, это неплохо и поможет мне выглядеть старше. Я постучал в дверь Ганелона. Впустил меня мальчик, затем немедленно присоединившийся к другому юнцу, расстилавшему скатерть на столе перед очагом.
Ганелон в подпоясанной куртке, брюках и сапогах – все зеленого цвета – сидел в кресле с высокой спинкой. Когда я вошел, он поднялся и пошел навстречу поприветствовать меня.
– Сэр Кори, мне уже доложили о ваших сегодняшних подвигах, – сказал он, пожимая мне руку. – Теперь рассказ о том, как вы несли Ланса, кажется более достоверным. Должен признать, вы куда сильнее, чем кажетесь, – прошу не воспринять это как обиду…
Я усмехнулся:
– Никаких обид.
Он подвел меня к креслу, подал мне бокал с белым вином, которое было для меня слишком сладким, и сказал:
– Глядя на вас, я мог бы решить, что справлюсь с таким одной левой… Но вы пронесли Ланса целых пять лиг да еще убили по дороге двух клятых кошек. Он рассказал мне и о каирне из больших валунов…
– Как он сегодня? – перебил я.
– Пришлось приставить к нему часового, чтобы он не поднимался с постели. Этот бугай захотел было встать и погулять по замку. Господом клянусь, я не выпущу его из кровати еще целую неделю!
– Значит, ему лучше.
Ганелон кивнул:
– За его здоровье.
– За это стоит выпить.
И мы выпили. А потом он сказал:
– Если бы в моей армии все были вроде вас с Лансом, вся история могла бы сложиться и по-другому.
– Какая история?
– Да с Кругом и его стражами, – ответил он. – Вы о нем не слышали?
– Ланс упомянул, но это и все.
Один из мальчиков обжаривал на слабом огне насаженный на вертел громадный шмат говядины; время от времени поворачивая вертел, он поливал мясо вином. Иногда запах достигал моих ноздрей, вызывая раздраженное бурчание в желудке и ответный смешок Ганелона. Другой мальчишка отправился на кухню за хлебом.
Ганелон долго молчал. Он допил свой бокал, налил по новой. Я все еще смаковал первую порцию.
– А вы слыхали когда-нибудь об Авалоне? – наконец спросил он.
– Да, – ответил я. – Когда-то от бродячего барда довелось мне услышать такую песню: «На берегу реки благословенной заплакали мы, вспомнив Авалон. В руках мечей бесславные обломки, щиты развесили мы на деревьях. Разрушены серебряные башни, в кровавом море скрылись мостовые. Так сколько, сколько миль до Авалона? И все, и ни одной. Разрушены серебряные башни…»[99]
– Авалон пал? – удивился он.
– Возможно, певец был несколько не в своем уме. Я не знаю ничего об Авалоне. Просто запомнились стихи.
Ганелон отвернулся и молчал несколько минут, а потом проговорил дрогнувшим голосом:
– Было, было такое место. И я жил там много лет назад. Не знал я только, что Авалон пал.
– Почему же оставили вы это место? – спросил я.
– Я был изгнан лордом-правителем Авалона – колдуном Корвином из Амбера. Сквозь тьму и безумие послал он меня сюда, чтобы я страдал и умер здесь… О, я страдал, и смерть много раз бродила так близко… Я искал дорогу назад, но никому она не ведома. Я спрашивал у колдунов и даже у плененной твари из Круга, прежде чем мы убили ее. Дороги на Авалон не знает никто. Как сказал поэт? «И все мили, и ни одной», – неправильно процитировал Ганелон. – А вы не помните имя того барда?
– К сожалению, не помню.
– А где находится Кабра, откуда вы держите путь?
– Далеко на востоке, за морем, это островное королевство.
– Есть какая-нибудь возможность нанять там отряд? Я могу заплатить.
Я отрицательно покачал головой:
– Страна невелика, вместо армии – просто ополчение, да и дорога в один конец займет несколько месяцев по земле и суше… И в наемники их не заманишь, народ не слишком воинственный.
– Тогда вы не похожи на своих соотечественников. – Ганелон еще раз внимательно взглянул на меня.
Я медленно тянул вино, а потом ответил:
– Я был наставником королевской стражи.
