Женщина, сидевшая справа от меня, была мне незнакома, зато моим соседом слева оказался Джулиан. Я не обратил на него ни малейшего внимания, как бы весь поглощенный дамой, миниатюрной блондинкой.
- Добрый вечер, сударыня, - сказал я. - Мне кажется, я никогда еще вас здесь не видел. Меня зовут Корвин.
Она растерянно обернулась за поддержкой к своему соседу справа - огромному рыжему малому с усеянным веснушками лицом. Но тот вдруг принялся нарочито оживленно беседовать с другой своей соседкой, сидевшей дальше.
- Со мной вполне можно разговаривать, - сказал я блондинке. - Я вовсе не заразен.
Она слабо улыбнулась в ответ:
- Меня зовут Кармель. Как вы себя чувствуете, принц Корвин?
- У вас прелестное имя. И чувствую я себя прекрасно. Но признайтесь: что вы, такая красивая женщина, делаете в этом мрачном дворце?
Она поспешно отпила глоток воды из бокала.
- Корвин, - сказал Джулиан, пожалуй, несколько громче, чем требовалось, - мне кажется, дама находит тебя слишком назойливым!
- Она сама об этом тебе поведала?
Он аж побелел от ярости.
- Хватит! Замолчи!
Я расправил плечи, нарочно загремев цепями на весь зал. Кроме как эффекта для - я хотел проверить, насколько цепи сковывают движения. Конечно же, свободного места почти не было. Эрик был осторожен.
- Ну-ка, братец, подойти и шепни мне на ухо, что ты там сказал! - обратился я к Джулиану.
Братец не ответил.
Я был последним из гостей за этим столом, и теперь все ждали выхода Эрика. И он появился.
Шесть труб пять раз звонко возвестили об этом, и Эрик вошел в зал.
Все встали. Все, кроме меня. Стражникам пришлось поднять меня за цепи и силой держать в стоячем положении.
Эрик слегка улыбнулся и спокойно проследовал к своему месту во главе стола, справа от меня. Я едва мог разглядеть, во что он одет: все скрывала тяжелая горностаевая мантия.
Эрик не сел, а продолжал стоять. Рядом с ним неслышно появился виночерпий, и на столах тотчас же начали наполнять кубки и бокалы.
Когда вино всем было налито, Эрик поднял свой кубок.
- Да пребудем мы вовеки веков в мире, - провозгласил он, - и да пребудет во веки веков наш Амбер!
Все подняли кубки. Все, кроме меня.
- Подними кубок! - прошипел Джулиан.
- Пошел к черту! - ответил я.
Он, конечно, не пошел, но злобно уставился на меня.
Затем я быстро наклонился и поднял свой кубок. Эрика отделяло от меня сотни две народа, однако слышал он меня вполне хорошо. Тем более что все время, не отрываясь, на меня смотрел.
- За Эрика, что сидит вон там, на дальнем конце стола! - провозгласил я.
Меня почему-то никто не тронул. Джулиан тут же вылил свое вино на пол, и все остальные последовали его примеру. А я успел выпить кубок почти до дна, прежде чем его у меня выбили.
Эрик сел, и все тоже сели. Меня наконец отпустили, и я упал в свое кресло.
Слуги начали обносить яствами, и я принялся за еду. Я был голоден и ел с не меньшим аппетитом, чем остальные, пожалуй, даже и с большим, чем многие.
Обед длился два часа с лишним, в зале все время играла музыка. Никто больше не сказал мне ни слова, да я и сам все это время молчал. Но мое присутствие за столом ощущалось отчетливо: на этом конце его разговаривали значительно тише, чем в других местах.
Каин сидел дальше от меня и ближе к Эрику, справа от него. Я догадался, что Джулиан почему-то лишен милости. Здесь не было ни Дейдры, ни Рэндома, зато было множество других, кого я знавал когда-то и даже раньше считал друзьями; никто из них даже не взглянул на меня.
И тут я понял, что Эрику требуется всего лишь маленькая формальность, чтобы стать полновластным правителем Амбера.
И вскоре он своего добился.
Окончание обеда не было ознаменовано речами. Эрик просто встал из-за стола. Вновь хрипло зазвучали трубы.
Все тоже встали, и процессия направилась в тронный зал.
Я уже понял, что будет дальше.
Эрик остановился у трона, и все склонились перед ним в низком поклоне.
Кроме меня, конечно. Но меня все-таки заставили упасть на колени. Силой.
Сегодня был день коронации Эрика.
В зале воцарилось полное молчание. Каин приблизился к Эрику, держа в руках алую подушечку, на которой лежала корона Амбера. Каин преклонил перед будущим королем одно колено и замер, протягивая корону Эрику и предлагая взять ее.
И тут меня рывком подняли с пола и поволокли вперед. Я понял зачем. Эта мысль поразила меня как молния. Я сопротивлялся изо всех сил. Но меня сбили с ног и подтащили к подножию трона.
Вновь зазвучала музыка. Теперь она играла «Зеленые рукава»[11]. Джулиан, стоявший позади меня, провозгласил:
- Восславим же нашего нового короля! - А потом мне на ухо прошептал: - Возьми корону и подай ее Эрику! Он сам наденет ее!
Я не отрываясь смотрел на корону Амбера - тяжелый серебряный обруч с семью зубцами, каждый из которых венчал драгоценный камень. Кроме того, она была буквально усыпана изумрудами, а по бокам, над висками, сияли два огромных рубина.
Я не двигался. Перед моим мысленным взором возникло лицо отца, увенчанного этой короной.
- Никогда! - сказал я и почувствовал удар по левой щеке.
