Внезапно мысль, которая очень давно подсознательно владела Тесс, снова всплыла в ее памяти, и на этот раз ей показалось, что она очень близка к разгадке какой-то тайны. Но это впечатление продлилось недолго.
— Разве они могли превратить женщину в мужчину? — спросил Карл с такими детскими простодушием и наивностью, что они выдавали его полную неосведомленность по части некоторых вопросов. Тесс поднесла ложку супа ко рту и задумалась над этим странным вопросом. «Разве они могли превратить женщину в мужчину?»
— Конечно, это задача не из легких, но…
Она снова попыталась понять, что же за необычное ощущение возникает у нее всякий раз, когда она вспоминает эту историю, но так и не смогла найти ответа.
— Но если Бекка Гаррисон смогла стать мужчиной, то, значит, она могла и взять себе имя Эрика Шиверса, мальчика, свидетельницей смерти которого была.
— Возможно, однако каковы мотивы… — Карл задумался.
— Но тут нет никакой связи с Аланом Палмером. Ничего, что прояснило бы для нас все, что мы о нем знаем. Мы могли бы попытаться выяснить кое-что через полицию, но как мы объясним им, зачем это нам нужно.
Некоторое время они молча сидели, погруженные в раздумья, пока Карл не заговорил снова.
— Скажите, есть ли такая вещь, которую не может скрыть женщина, притворяясь мужчиной?
— В каком смысле?
— Ну вы ведь меня понимаете… — Он сделал очень красноречивый жест рукой.
— Эрекция? Неужели у вас такое бедное воображение, что вы не можете себе представить приспособление, ее имитирующее?
— Я не это имел в виду.
— Тогда что?
Он снова неопределенно взмахнул рукой.
— Я не очень понимаю, на что вы намекаете.
— Сперма! — в смятении воскликнул ее собеседник, нервно оглядываясь по сторонам. — Семя! Вы не можете зачать ребенка без этого, тогда какой смысл во всех этих календарных заметках?
— Я не знаю, — неуверенно ответила Тесс которой не терпелось рассказать ему о том, что приходило ей в голову и что ей было известно. — Возможно, ни одна из этих версий не соответствует действительности. Может, нам стоит съездить во Федерик?
Карл понял, что она предлагает ему навестить семью Гантсов.
— Это нарушение всех правил.
— Совершенно верно. А вы полагаете, лучше сидеть в офисе, ожидая телефонного звонка, который никогда не состоится, и перечитывать уже известные наизусть документы в надежде, что, когда полиция наконец арестует этого парня, нам будет позволено прийти на пресс-конференцию и присоединиться к ним за столом перед публикой.
Карл размышлял с минуту, а затем согласился.
— Идемте.
— «Дикая парочка», — сказала Тесс, — Уильям Холден и Эрнест Боргин.
— Вы наконец посмотрели?
— Да, прошлой ночью. Конечно, это не «Однажды на Западе», но все равно ничего.
— Вы и этот фильм знаете?!
— Да, однако предпочитаю я все же «Однажды в Америке». — Тесс встала, отодвинув свой стул.
Карл улыбнулся так, словно она только что преподнесла ему самый долгожданный подарок.
Что-то изменилось во Фредерике, что-то такое, что не могло быть объяснено лишь событиями трехнедельной давности. Неужели прошло так много времени? Или, напротив, все случилось недавно? У Тесс вдруг появилось чувство, что она такая же старая, как и та женщина с Ноттинг-Айленда. Одно было очевидно: семейство Гантсов больше не считало ее своим другом и союзником. Разумеется, они вели себя очень сдержанно с самого начала, но настоящая холодность в их отношениях с Тесс появилась недавно. Возможно, дело в том, что во время их последней встречи рядом не оказалось того, кто обычно помогал им поддерживать беседу, — брата, который был в отъезде. Да и его говорливая и веселая супруга Кэтти тоже была на работе. А мать и отец совсем не были расположены к общению.
— Полиция уже приезжала к нам, — сообщил отец.
— Да, — откликнулась Тесс, — я полагаю, вы довольны.
— Вы действительно считаете, что это ее возлюбленный сделал? — Вопрос исходил от миссис Гантс, но, похоже, и ее муж был полон сомнений.
Карл постарался проявить свою провинциальную старомодную галантность.
— Поскольку целый ряд разнообразных событий и их взаимосвязь указывают нам на то, что он был замешан в историю с самого начала, я осмелюсь с большой долей вероятности утверждать…
— Мы знаем все, что там произошло… Всю эту неприятную историю. Но Тиффани была застрелена на кухне человеком, который проник в дом. И это был не какой-нибудь там сумасшедший, который собирался забрать с собой ее отрезанную голову. — Она явно давала понять, что усматривает большую разницу между смертью Тиффани и гибелью Люси Фэншер.
— Я прекрасно понимаю, как все это тяжело для вас… — заговорила Тесс. — Вы так долго верили в то, что она погибла от руки грабителя. Но мне все же необходимо задать вам несколько вопросов.
— Я не думаю, — возразил отец, — что мы сможем на них ответить. Все, что знали, мы уже рассказали полиции.
