29 июня 2001 года. Дорогой Огаст, я знаю, что последние несколько месяцев ты получал от отца эти забавные маленькие карточки. Я тоже читала их, когда ты уходил на работу. Не злись, пожалуйста! Просто мне было очень любопытно. На самом деле это бесценные записки. Я и подумать не могла, что такой человек, как твой отец, окажется настолько предусмотрительным, чтобы задокументировать свое прошлое. Зато наше настоящее ускользает от нас с каждым днем. Я знаю, ты очень прохладно относишься к гольфу, но мне нравится тот странный формат, который Лондон выбрал для записи своих мыслей, так что я решила пойти по его стопам. Кто знает, может, будущие поколения Уиттов тоже продолжат эту традицию.
Словом, я начинаю с этого вступления и надеюсь писать так часто, как только получится. По пути с работы я завернула на поле для гольфа и прихватила там несколько чистых карточек. Их дают совершенно бесплатно! Пока я рассчитываю писать в одиночку, чтобы не забыть о своих переживаниях во время беременности. Как только у меня наберется достаточно материала, я охотно поделюсь с тобой своими заметками. А после рождения ребенка мы могли бы писать сюда по очереди… Во всяком случае, я очень надеюсь, что наш замечательный опыт совместной жизни найдет свое отражение на бумаге. Так здорово, что ты можешь познакомиться сейчас с жизнью своих родителей! И мне бы очень хотелось, чтобы у наших детей тоже была такая возможность.
Я знаю, моя беременность стала для тебя настоящим шоком. Не знаю, поверишь ли ты мне, но я не сделала ничего, чтобы сломать нашу безупречную систему «планирования семьи». И для меня этот ребенок тоже оказался настоящим сюрпризом… только приятным. Никогда еще я не была так счастлива!
Я очень рада, что вышла за тебя замуж. Рада, что жду от тебя ребенка (и надеюсь, что одним дело не ограничится). Я пока не знаю, сколько их должно быть, но уж точно не один! Но особенно я рада тому, что ты меня любишь. Хоть тебя и пугает будущее отцовство, ты делаешь все, чтобы поддержать меня в это нелегкое время.
Мое сердце принадлежит только тебе, и я счастлива, что могу быть твоим «сокровищем».
8 июля 2001 года. Даже после того, как моя утренняя тошнота все-таки пройдет, я не позволю тебе забыть одну важную вещь: это ты, Огаст Уитт, виноват в моих мучениях! Ты и только ты! Тебе я обязана непрекращающейся тошнотой и обостренным восприятием запахов. И я… искренне признательна тебе за это. Даже в те моменты, когда твой собственный запах кажется мне невыносимым. Странно, правда? Разве тошнота – это так уж здорово? Да нисколько! Неужели бы я не предпочла избавиться, наконец, от этих желудочных спазмов? Разумеется! Но я так рада беременности, что готова платить за нее любую цену. Это не значит, что я прекращу ныть и жаловаться. Это значит, что я с охотой пройду через временные трудности, поскольку знаю, какой будет в итоге моя награда. Может, этой тошнотой Господь лишь напоминает о том, что дал мне все, о чем я Его просила.
20 июля 2001 года. Огаст все еще переживает (совершенно безосновательно), что из него не получится хорошего отца. Я даже не знаю, как мне развеять его страхи. Возможно, он сам должен понять со временем, что опасения его совершенно беспочвенны. Я-то всегда знала, что из Огаста выйдет замечательный отец!
Сегодня мы даже поспорили с ним на то, что еще до рождения ребенка он проникнется верой в свои родительские способности. Огаст пока и слышать об этом не хочет, а потому отказался даже от нашей обычной ставки в доллар и поцелуй. Если он выиграет, мне придется целый год массировать ему на ночь спину. Если же проиграет, то лично выкинет из дома средства предохранения и сделает все, чтобы я вновь забеременела как можно скорее. Только представьте! Но для меня в нашем споре нет никакой интриги. Я точно знаю, что из Огаста получится замечательный отец, чему есть немало причин…
В глубине души он по-прежнему остается ребенком. Много ли вы знаете взрослых, которые просыпались бы субботним утром и усаживались смотреть мультики с мороженым в руках? Он будет только рад, когда в доме появится ребенок, способный разделить с ним это удовольствие.
Огаст исполнен сострадания ко всем живым существам. С больными щенками он возится с такой любовью, какую редко встретишь в людях. Если о своих детях он будет печься с той же заботой, из него получится великолепный отец!
Огаст наделен терпением и способностью прощать – очень важные качества для любого отца. Вот и меня он любит, невзирая на все мои промахи и ошибки.
Он всегда ставит интересы других превыше собственных (особенно мои интересы).
Детишки любят его, да и сам он отвечает им взаимностью. На Хэллоуин соседские ребята толпой стекаются к нашему дому, чтобы их немножко попугал «кошачий доктор».
Наконец, я знаю, что из него получится замечательный отец, просто потому, что сам он в этом сомневается. Плохим родителям это без разницы.
