– Эти пневматы по весу и размеру очень похожи на штатные бластеры пилотов. Кстати, в отличие от армейских – ваше оружие будет гораздо слабее. Спросите, почему? Отвечу – если вам и придётся из них стрелять, то это будет в отсеках корабля или станции, а там, в закрытом пространстве, мощный импульс будет опасен как для того, в кого стреляют, так и для того, кто стреляет. Поэтому импульс у ваших штатных бластеров короткий и узконаправленный, очень похожий на иглу. Вот поэтому вам надо уметь стрелять точно. А дальность этим учебным игольникам не нужна, видите у противоположной стены мишени с кругами? Для начала попробуйте в неё просто попасть, просто в мишень, не в круг.
Инструктор и майор-куратор переглянулись, скрывая усмешку. Игольники, из которых предстояло стрелять курсантам, были утяжелены и отрегулированы так, чтоб давать ощутимую отдачу. А мощность накопителя была такова, что все пять игл могли вылететь, если прижать спусковой крючок и некоторое время не отпускать. С первой четвёркой курсантов так и случилось. Неожиданная отдача привела к тому, что палец стреляющего утопил спусковой крючок и давил до тех пор, пока игольник не перестал дёргаться. У этих курсантов все иглы даже в мишень за пределами круга не попали. Майор Зиберт тут же устроил разборку действий, сказав, что следующая четвёрка должна сделать вывод из ошибок товарищей. Курсанты, стрелявшие следующими, старались делать короткие нажатия, чтоб выстрелы были одиночными, но делали это так энергично, что иглы уходили в потолок. В следующей четвёрке была Алиса, инструктор напомнил:
– Подымаете игольник до уровня глаз, при этом рука должна быть прямая! Нажимаете на спусковой крючок плавно. Понятно? Плавно, а не дёргаете, нажимаете и тут же отпускаете.
– А зачем? Сэр! – спросила Алиса, инструктор не понял:
– Что – зачем?
– Зачем подымать, да ещё держать на вытянутой руке? Сэр! Противник не будет ждать, пока я проделаю все эти манипуляции. Стрелять надо вот так!
– Курсант Таволич! Подобные манипуляции нужны для того… – поучающее начал майор Зиберт, собираясь достойно ответить этому не в меру нахальному (или самоуверенному, что в принципе одно и то же) курсанту. Но замолчал, замерев с открытым ртом – Алиса взяла со стола-стойки игольник и, не поднимая его, так от бедра и выпустила все иглы. Инструктор покачал головой, собираясь сказать что-то весьма едкое. Но тоже замер с открытым ртом, глядя на мишень. Там, в центральном чёрном кружочке, размером с большую монету, торчали все пять игл, образуя правильный пятиугольник!
– Звёздочка, уважаемые сэры, – сообщила Алиса и предложила: – Могу ещё выложить прямоугольник с точкой посредине, могу перевёрнутую звёздочку. Тут, действительно, расстояние до мишени никакое, можно стрелять не целясь.
Высказавшись, Алиса положила игольник на стойку и, вытянувшись, отрапортовала:
– Курсант Таволич стрельбу закончил! Сэр!
– А-а-а… Гм… Агм… – отреагировал инструктор непонятно на что: на стрельбу рыжего курсанта или его рапорт. А Зиберт, усмехнувшись, поинтересовался:
– Курсант Таволич! Вы, случайно, не начинали учёбу в войсковом училище? Не на снайпера учились? До поступления в нашу академию? Уж очень у вас замашки, гм… Армейские. Достаточно было положить игольник перед собой и сделать два шага назад, а вы… Этот рапорт… Так учились ли вы ещё где-то или, может, проходили службу?
– Никак нет! Сэр! – вытянулась Алиса, при этом ещё и громко щёлкнула каблуками, на что Зиберт так отреагировал:
– Эффектно, если бы у вас были шпоры, то они бы зазвенели. И если бы кавалерия, как род войск, ещё существовала, то можно было бы подумать, что вы именно там служили. Вы, случайно, палашом не владеете? Ну, там, рубка лозы на скаку или ещё что-то в этом роде?
Замечание майора вызвало смешки курсантов, а Алиса серьёзно ответила:
– Никак нет, сэр! В кавалерии я не служил, но с холодным оружием обращаться умею, с любым. Думаю, что и с палашом у меня получится, хотя я не пробовал.
Ответ рыжего курсанта несколько обескуражил майора Зиберта, и тот ничего не стал говорить, только покачал головой. Уже в преподавательской, когда просматривали запись видеокамер, Зиберт сказал:
– А ведь он не хвастается. Как делал бы любой парень его возраста. Я уверен, что с палашом у него тоже получится. Фехтовать таким оружием он не умеет, это точно, иначе об этом сказал бы, но если сойдётся с опытным фехтовальщиком… Вроде результат должен быть ясен, но я поставил бы на этого рыжего паренька.
– Думаю, Зиго, ты не прогадал бы, – кивнул Зуран и задумчиво проговорил: – Не уверен, что он где-то учился, но то, что он служил, это точно. Как он тебе тогда ответил? «Есть!» Да? Ответ на команду принятый в армии Равалиии. Вот только кем он там был? Уж очень разносторонний у него талант – рукопашник, стрелок…
– Не удивлюсь, если выяснится, что он ещё и кавалерист, – улыбнулся молча слушавший до этого генерал Джонсон. Посмотрев на своих подчинённых, он сообщил причину своего визита: – Я только что из канцелярии, Вираш и Горст подали рапорта на увольнение.
