Элен, незаметно (так ей казалось) выглядывая из-за газеты, наблюдала за дочерью, девочка явно кого-то ждала. Утренняя спешка дочери и то, как она прихорашивалась, просто кричали, что девочка собралась не в библиотеку. Ну и то, что девочка отпустила своих охранников, сообщив, что никуда не пойдёт, очень насторожило Элен (охранники сразу же доложили об этом своей хозяйке, понятно, что хозяйкой была не Диана), и она решила, хоть на вторую половину дня у неё был намечен большой светский приём, последовать за дочерью, естественно, в сопровождении охраны. Как и ожидалось, девочка пошла не в библиотеку, а в противоположную сторону и вот теперь сидит в этом уличном кафе, кого-то ожидая, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения! А вот и они! Те, кого ждёт дочь! Два курсанта в хорошо отутюженной форме Академии Воздушно-космических сил. Юноши подошли к дочери и поздоровались, один, как и положено поцеловал руку, а второй… Рыжий невежа! Просто пожал. Но этот второй чем-то насторожил опытного медицинского работника (Элен Кробут-Зайен была не только опытным врачом, она была ещё и диагностом, о которых говорят – специалист от Бога!), что-то в этом парне было не так! Нет, он не был больным, болезнь Элен распознала бы сразу, просто в этом юноше было что-то не правильно, но вот что? А юноши сели за столик дочери, заказали кофе и мороженое, и вся троица стала о чём-то беседовать.
– Алис, я продолжаю удивляться тому, какое у вас странное имя, вы обещали, что при нашей следующей встрече расскажете, почему вас так зовут, я просто сгораю от любопытства, – Диана, наплевав на приличия, начала разговор первой.
– Все девушки любопытны, некоторые даже очень, – засмеялась Алиса и, не давая своей собеседнице возмутиться, назвала своё настоящее имя. Диана удивилась:
– Но ведь это же женское имя! А вы…
– Женщина, а если уж быть точным, девушка.
Как следует удивиться этому заявлению Алисы, Диане не позволил грохот гравибайков. Вообще-то, гравиибайки, как и гравикары, двигаются почти беззвучно, но некоторые наездники (по-другому их назвать нельзя, уж очень они лихо гоняют) прикручивают к своим байкам трещотки, издающие громкий грохот, якобы имитирующий рёв древних и очень мощных двигателей. Грохочущая группа из двадцати пяти байков подкатила к открытой площадке кафе. Толпа парней, одетых в чёрную и блестящую (что должно показывать, что она кожаная) одежду с массой металлических деталей (заклёпки, вставки и так далее), вывалила на площадку кафе. Самый здоровый парень уселся за столик рядом с тем, что занимали Алиса, Диана и Альберт. Парень закинул ноги на стол и громко закричал, требуя пива. Потом, когда его взгляд упал на соседний столик, выкрикнул:
– Эту девку ко мне! А этих молокососов – выкинуть!
Шестеро кожано-металлических парней бросились выполнять команду своего главаря. Элен сделала знак охранникам, но те были слишком далеко, да и численный перевес был на стороне приехавших на байках, вряд ли охранники сумели бы пробиться к столику Дианы, не говоря уже о том, чтоб её защитить. Элен с ужасом смотрела, как хулиганы в заклёпках развязной походкой, но при этом быстро приближаются к столику её дочери. А байкеры, приблизившись к столику, почему-то не остановились, а, ускорившись, продолжили движение, при этом издавая визг. Два байкера улетели за ограждение площадки, а четыре, уже перестав визжать, повисли на перилах. Элен только сейчас обратила внимание на сразу показавшегося ей странным рыжего парня, уже не сидевшего за столиком, а стоявшего рядом. Этот парень улыбался, словно его что-то очень развеселило, хотя ничего смешного не было, к нему направлялись ещё шесть байкеров, собираясь его взять в полукольцо. Видно, эти лбы поняли, что случилось с их товарищами. Худенький и невысокий парень спокойно стоял, глядя, как к нему идут громилы, вооружённые кто битой, а кто и ножом. Видно, это спокойствие несколько озадачило нападающих, и они остановились, затем двое, размахивая ножами, с угрожающим рёвом бросились на юношу. Тот каким-то образом увернулся от ударов, а громилы продолжили своё движение к перилам площадки, но уже с визгом, похожим на тот, каким визжали их товарищи, первыми подходившие к столику, где сидела Диана. Если судить по мельканию ног, бежали они очень быстро, а может, боялись упасть, потому и двигали ногами так энергично. У края площадки эти двое, не замедляя свой стремительный бег, перевернулись через перила и скрылись с глаз. А рыжий паренёк разглядывал ножи, неизвестно как оказавшиеся у него в руках. Подняв глаза на стоящих перед ним оставшихся громил, сказал:
– Дрянь ножики, сталь плохая, – после чего, сломав оба лезвия, спокойно добавил: – Свои палочки сами сломаете? Или мне об ваши головы их поломать?
