– Не будьте так строги к командованию, оно, как всегда, пошло на поводу у безопасников, поэтому мы, командиры крыльев, ознакомлены со списками личного состава только своих подразделений. Вы, Алиса Таволич, а я Кондратьев, командир вашего крыла. Мне о вас и о вашем характере Николай рассказывал, так что будем знакомы, нам с вами вместе служить.
Алиса вытянулась и, принимая стойку смирно, бросила руку к воображаемому козырьку, быстро надетой пилотки, приветствие было равалийское, немного отличающееся от принятого в Анарике. Кондратьев улыбнулся и протянул руку, пожимая её, Алиса заявила:
– А бантики я снимать не буду! В уставе нигде не сказано, что их запрещено носить!
– Ну что ж, лейтенант с бантиками, дерзить вы умеете и делаете это неплохо, надеюсь, вы и теоретически хорошо подготовлены, – прищурившись, сказал капитан-полковник Вадворт и, показав на истребитель, предложил: – Попробуйте взлететь и посадить эту птичку, посмотрим как у вас получится. Но учтите, в случае неудачи будете отчислены из отряда пилотов. Дайте ей лётный комбинезон, а вы, лейтенант, переодевайтесь быстрее, надеюсь, вы это успеете, пока машину выкатят из ангара. Но учтите, здесь зеркала нет, губы вам покрасить не удастся, – закончил капитан-полковник под смешки окружающих.
Судя по всему, командир авиационных крыльев думал (а может, и надеялся), что Алиса растеряется, ведь чтоб надеть комбинезон надо было снять форму. А переодеться в ангаре, укрывшись от взглядов остальных пилотов, было негде. Но Алиса быстро сняла форму, оставшись в трусах и майке. Так же быстро надела комбинезон, представляющий собой лёгкий скафандр, и заняла место в кабине истребителя.
– Сноровка есть, – удовлетворённо сказал Кондратьев, третий командир крыла заметил:
– Я бы не сказал, что это девушка, если бы не одна деталь (на этот раз на Алисе были не «семейные трусы», а обтягивающие).
– А что это за татуировки у неё на руках? – поинтересовался командир звена, ранее делавший девушке замечания, но не получил ответа, так как инженер закричал:
– Что она делает? Ведь машину ещё не выкатили из ангара!
Раздавшийся писк антигравов, перешедший в вой, не дал инженеру что-то сказать ещё. Истребитель приподнялся и, качнувшись, исчез! Только порыв ветра показал, что машина, прыгнув под потолок, вылетела из ангара. Инженер открыл рот, пытаясь ещё что-то сказать, но громкий хлопок преодоления звукового барьера не дал ему это сделать. Он растерянно посмотрел на командиров пилотов, восхищённо качавших головами, они поняли, что произошло, а Кондратьев удовлетворённо сказал:
– Она вышла из ангара на антигравах, максимально разогнавшись, а потом сразу набрала скорость до сверхзвука, запустив обычные двигатели! Но какова точность манёвра! Просто ювелирная! И какова скорость его выполнения! Недаром же говорят – все мастера имеют строптивый характер! Я рад, что эта девушка именно в моём крыле! У неё не просто отличная подготовка, она чувствует машину, как продолжение своего тела!
– Пожалуй, вы правы. Это действительно мастер и, похоже, ему не нужна стажировка, вам повезло, что он у вас в крыле, – одобрительно сказал Вадворт. Улыбнувшись, капитан-полковник с ехидством добавил: – Со строптивостью этой рыжей особы тоже вам разбираться. Отвечать за все её выходки тоже вам!
– А что означают татуировки на её руках или это тоже для украшения, как бантики? – спросил командир крыла, которому сразу не понравились банты Алисы, ответил Кондратьев, рассказав, что значит голова оскалившейся кошки на левом предплечье:
– Такая зубастая кошка – это знак принадлежности к одному из элитных наших подразделений – «бойцовым котам». Кстати, Санин тоже раньше служил там, так что задираться к нему и Таволич не советую, а узор на правой… Не знаю.
– Это знак стрелка, – пришёл на помощь своему командиру Панирс, – Алиса стреляет из любого оружия без промаха.
На реплику одного из пилотов, мол, а как насчёт бортового вооружения истребителя? – ответил Санин:
– Семь ракет – семь «кобр»! Только у неё остались ракеты после боя, мы свои все расстреляли. Подбить «кобру» ракетой, предназначенной для учебных стрельб, трудно, вот и пришлось на каждую мерианскую машину тратить несколько. А Алиса… Стреляла так, словно у неё были самонаводящиеся ракеты, выстрелила – и о той «кобре» можно забыть! Вот так-то.
