Девять жизней Роуз Наполитано полностью

Решение регулярно заниматься сексом меня прикончит. Сам факт, что для этого нужно принять решение, будто это обязанность, такая же, как мытье посуды или уборка дома. Секс превратился в каторгу. Кто б мог подумать, что однажды его приравняют к мытью полов. Раньше я любила секс. Любила заниматься им с Люком. Но теперь при мысли об этом меня охватывает ужас. Что мне придется раздеться, лечь голой с мужем в постель и постараться сделать ребенка. Пытаемся мы уже целую вечность. Негласное решение стало необходимым условием нашего брака, который я возненавидела всем своим существом. А с ним и Люка. Мне отвратительны его кожа, тело, рот и даже дыхание.

Со всеми женатыми людьми это случается? Или с теми, кто пытается забеременеть – пытается и терпит неудачи? Вернее, пытается Люк. А я лишь ему позволяю.

«Роуз? Уже еду. Буду скоро, как только смогу».

Я вздрагиваю, прослушав голосовое сообщение от Люка. Муж спешит домой, потому что сегодня день обязательного секса. Необходимо исполнить долг, следуя режиму, продиктованному моим телом. Биологические часы тикают, репродуктивные органы сообщают – при помощи календаря, температуры, боли справа или слева в животе, в зависимости от того, из какого яичника выходит яйцеклетка: «СЕЙЧАС! Делайте это немедленно или снова потерпите неудачу. Увидите на пластиковой палочке одну розовую линию, а не триумфальные две».

Календарем занимается Люк. Среди моих знакомых его обычно проверяют женщины, подсчитывают дни и отмечают те, в которые беременность наиболее вероятна. Но у нас ведет календарь и отслеживает мою овуляцию Люк. Уверена, кое-кто из дам оценил бы, если бы их мужья прилагали подобные усилия, но я не из таких.

Люк дошел до крайности, и порой мне даже кажется: если б он мог, заполз бы лично ко мне в утробу со спермой в бутылке, чтобы соединить с одной из моих яйцеклеток, внедрить в матку и следить за ее ростом, наплевав на то, нравится мне это или нет.

А я бы хотела удалить яичники. Лучше б я вовсе без них родилась.

Захожу в нашу комнату: простыни на кровати скомканы, подушки почти съехали на пол, повсюду валяется одежда. Натягиваю серые легинсы с отвисшей попой и дырками на коленях, а еще любимую толстовку огромного размера с надписью Weekend поперек груди. Она достает мне до середины бедер, как платье. На ноги надеваю толстые носки в радужную полоску – дома холодно; волосы собираю в хвост. Я даже душ не приняла.

Суперсексуально. Вот такая я.

Сегодня у меня не было занятий, так что на работу я не ходила, да и вообще семестр заканчивается. В январе истекают сроки грантов, а на кухонном столе поджидает огромная стопка дипломных работ. Кто будет нежиться в душе в таких обстоятельствах? Кто в таких обстоятельствах будет заниматься сексом?

– Привет, Люк. – Поднимаю трубку с первого же звонка, в глубине души надеясь, что муж задержался на съемках и звонит отменить послеобеденный секс.

– Роуз, прости, что я так долго, но уже скоро буду, обещаю.

– Не извиняйся и не спеши. Если не успеешь добраться домой, до того как я лягу спать, ничего страшного. Только не буди меня, пожалуйста. Завтра много лекций.

– Нет-нет, я приеду. Пропускать нельзя, сегодня у нас «окно». Скоро увидимся. – И вешает трубку.

– Конечно, мы не можем пропустить «окно». Только не «окно»! Гребаное суперважное «окно»! – бормочу я в погасший телефон.

Что бы ему такого сказать? «Люк, пока ты ехал домой, я бросала мяч и нечаянно попала в окно фертильности. Упс!» Или: «Милый, дома так холодно, я закрыла окно фертильности, и его заклинило. Прости!»

Бреду в гостиную, захватив ноутбук и одну из стопок дипломных работ, чтобы проставить оценки, потом возвращаюсь в кровать, обкладываюсь подушками и приступаю к делу. Может, успею что-то сделать, прежде чем Люк вернется и мы примемся открывать «окно».

– Ну ты знаешь: мы с Марией занимаемся этим раз в неделю, по понедельникам… – сказала Джилл.

Мы сидели в бистро рядом с кампусом, и моя подруга разглагольствовала о своей сексуальной жизни, делясь подробностями с еще одной нашей приятельницей, Брэнди. Она тоже профессор.

– Секс по расписанию хуже всего, – пожаловалась я, потому что последнее время, встречаясь с Джилл и другими друзьями, всегда жаловалась на секс. Я бросила на Брэнди извиняющийся взгляд. Способность держать язык за зубами у меня пропала. – Черт, ненавижу это.

Я откусила здоровенный кусок сэндвича, чтоб не выпалить еще что-нибудь жалкое.

– Так у вас с Люком все замечательно? – хмыкнула Брэнди, правда не без сочувствия. Она очень красивая: большие темные глаза и великолепные длинные дреды. – Я на стороне Джилл. Секс пару раз в неделю избавляет меня от головной боли. Мне не до того: я пытаюсь получить постоянную должность, нужно закончить статьи, поэтому на выяснение отношений с Тариком времени нет. Это путь наименьшего сопротивления. Вычеркни этот пункт – и свободна по меньшей мере на неделю. А то и на две.