Кроме самих домиков время от времени мне на глаза попадались лавки, продававшие как местные, так и привозные товары. Их витрины, вернее сказать - окна, оформленные в милом провинциальном стиле, радовали уставшие от обилия столичных реклам глаза. Здесь всё было по-простому - стеклянная банка, с засунутым внутрь листом бумаги, обозначала молоко и плевать на то, что бумага давно утеряла свою белизну - понятно же? Так чего ещё нужно?
Толстый блин спил ствола, небрежно выкрашенный жёлтым - сыр. Гирлянда разноцветных тряпочек на верёвке - лавка тканей. Не стану скрывать - лично меня наличие подобных обозначений даже удивило.
Здесь же всего девять сотен проживает? С хвостиком из унылых и грызм? К чему всё это? Местные же и так знают - кто что продаёт? На туристов? А им то что тут делать? Вот на все сто, двести, и так далее процентов, уверен - этот мир был выбран Джессикой именно по тому, что он, никому никакого интереса не представляет. Дыра, она и есть дыра. Или, с другой стороны - рай высшего проявления, если вы ищите спокойное место, где никогда и ничего не происходит. Ну а если и случается что-то эдакое, нарушающее привычный ход событий, то поднятые этим "эдаким" круги волнений и обсуждений быстро уходят в глубину сообщества, оставляя на поверхности лишь привычную взгляду безмятежно ровную гладь.
- Да, мы живём тихо, - подтвердил мои мысли Саймон, перехвативший мой взгляд, едва он оторвался от витрины, в которой висело грубо выструганное из доски ружьё. Очень грубо, но вполне узнаваемо.
- И нам тут неприятности не нужны.
- Это я понял, - киваю, и прибавив шаг иду рядом: - Но ведь будут же. Из-за меня. Чего не шлёпнул? Да и деньги опять же.
- Шлёпнуть всегда успею. Это дело нехитрое. А ты сам подумай. Вот прилетят, станут тебя искать. Я им - твою тушку, в холодильнике - нате вам и до свидания. - Произнеся последнее он покосился на меня и приподнял шляпу, словно и впрямь прощаясь.
- Ну? - Не понял я его построений, но осознавая, что убивать он меня точно не будет: - Сдал, пожали руки, тебя поблагодарили за содействие и всё!
- А если им допросить тебя надо? Мало ли что за тобой? Опять же - сообщники, кто планировал? Ууу... дорогой мой. Вопросов к тебе может, - на миг остановившись, шериф несильно толкнул меня пальцем в грудь: - Может быть много. А ты мёртв и виноват в этом - в том, что тебя уже не допросить, кто? - Остановившись он ткнул себя в грудь большим пальцем: - Я. Мне это надо?
- Хм... Думаю, что нет.
- И верно думаешь, путешественник! А вот посади я тебя в камеру, так что?
- Что?
- Кормить, поить, - принялся он загибать пальцы: - Отопление кутузки включить - ночи у нас прохладные. А вода, канализация? Бельё постельное, на прогулки водить. Нее... Зачем мне это счастье? Да и расходы кто оплатит? Твои же трогать нельзя. Вдруг - ворованные, или, что ещё хуже - ты невиновным окажешься?! - Жизнерадостно заржав - шутка ему показалась удачной он толкнул меня локтем в бок.
- А прилетят - а меня нет, - потерев бок, мстительно улыбаюсь: - Тогда что?
- Ну нет и нет - чего тут такого? Корабль, инкассаторский - был. Чего отрицать - его пол города видела. Ну сел, это не запрещено - не на поле же? Ущерба не нанёс. Ну сел, ну улетел - нам-то что? Может пилоту срочно отлить приспичило? Всякое же бывает. Согласен?
Киваю - ну да, тут он прав. Сели мы за городом, на опушке леска. Тут, разве что, урон экологии притянуть можно - вот только не парятся здесь подобным.
- Потом ты появился, и, заметь, - продолжил шериф и подмигнул мне: - Ничего не нарушая покинул город. А на том корабле ты прибыл, или нет - то не моё дело. Может тебя и вправду инкассаторы подбросили - подхалтурить решили. Может иное что - пока не нарушил ничего - мне до тебя дела нет. Ты же свободный человек?
Молча киваю, видя в его словах железную, покрытую бронёй местных принципов, логику.
- Ну а раз свободный, - он указывает рукой на очередную лавку, в окне которой висит на прозрачной леске нечто вроде сильно располневшей гусеницы, зачем-то выкрашенной серебрянкой: - То ты имеешь полное право на свободу перемещений.
Последовавший хлопок по спине и вправду перемещает меня. Точно вперёд - в объятья появившегося на крыльце продавца.
Запись 94
Город Вакстон. Лавка торговца.
Внутри лавка представляла из себя нечто среднее между крохотным семейным кафе и рабочим кабинетом. За первое голосовал стол, добротная конструкция которого была прикрыта кружевной скатертью, в центре которой доминировала объёмистая ваза, полная красных и зелёных яблок. А может и не яблок - чего-то местного, видом похожего именно на яблоки. Рядом с ними, словно защищая вазу от посягательств гостей, были выставлены блюдца с чашками, причём последние, подчёркивая кафешный стиль, были перевёрнуты донышками вверх. Последняя линия обороны была представлена стульями. Они были так глубоко задвинуты под стол, так что их спинки образовывали подобие частого гребня, или крепостной стены, преодолеть которую, не нарушив их построения было невозможно.
