Все эти мысли проскакивают у меня в голове, пока я, открыв второй тюбик - с восстановленной водой, пытаюсь смыть изо рта привкус кашицы. Да, именно восстановленной, обогащённой минералами, ароматизаторами и чем-то еще, что мне знать не хочется. Многие знания - многие печали. Слыхали такое? Вот и не хочу отягощать себя излишней информацией.
Покончив с завтраком, поднимаюсь чтобы одеться и койка, едва моя задница покидает её не слишком мягкую поверхность, втягивается в стену. Ну да. Теперь она откроется только по окончанию смены. Свобода же! Не хочешь работать - можешь совершенно свободно валяться на полу. Кто же заставит свободного гражданина из-под палки работать?!
А работа мне нужна.
Не столько из-за трёх добродетелей в день, сколько потому, что там, на своём рабочем месте, я почти каждый день узнаю что-то новое об этом, кхм, "Свободном", мире. Увы, но это определение ко мне ни относится никаким боком - всё, что я сейчас могу, так терпеливо тянуть лямку, поджидая подходящего случая, чтобы законно свалить из столицы.
Второй сигнал гонга. Пора одеваться и покидать капсулу - работа ждёт.
Натягиваю красные трусы, красную майку, за ними следуют носки, широкие брюки и куртка - всё красного цвета.
Завершает мой наряд круглая шапочка. Спереди на ней видна цифра пять чёрного цвета, а с сзади прикрывая затылок и верх плеч, свешивается широкий хвост с двумя дырками. Переверни её задом наперёд, и они окажутся точно перед глазами.
Удобно, если ты палач. А именно им я и стал - спасибо Тзинчу.
Запись 81
Сектор Свободного труда.
Дорога до рабочего места была недолгой - выбраться по лесенке из капсулы, пройти по узкому - двоим разойтись тесно коридорчику, спуститься по широкой лестнице на общий уровень и по нему прямо. Шагов триста. Там, дробя поток спешащих на службу людей, стоял частокол турникетов.
Подойти, положить ладони на подсвеченные синим круги, посмотреть на затемнённую пластину, дождаться щелчка распахивающихся створок - и готово! Допуск к новым трудовым свершениям - получен.
Распавшийся на узкие ручейки поток втягивался в лифты, возносившие, в своём большинстве, наверх. Но мне, и таких было меньшинство, нужно было вниз. Что поделать - чем меньше твой ранг, тем ниже рабочее место. В прямом смысле.
Ниже меня располагался лишь отдел сортировки, но работавших там девчат подобное состояние дел совсем не смущало. Для них, набранных по жребию с окраинных планет сегмента сам факт пребывания в Столичном Мире был гигантским шагом вперёд, позволявшим им слать домой полные пафоса сообщения с фотографиями своих милых мордашек на фоне различных столичных достопримечательностей. Угу - на зависть оставшихся там, в провинции бывших ухажёров и подруг. Последние тоже относились к категории "бывшие", попав туда стоило лишь заветному жребию оказаться в руках счастливицы.
Дорогу мне уступали. Не то, чтобы из уважения, нет. Людьми двигал страх - тот самый, животный и иррациональный, преодолеть который можно только напрягая волю и переступая через себя. Как если вы боитесь пауков - ну что вам сделает крошечная козявочка, спустившаяся сверху на паутинке? Да она, при всём желании, даже не поцарапает вас, но вы, с дрожью отвращения, проложите массу усилий, чтобы покарать гнусное насекомое.
Вот так же было и со мной - от меня отводили взгляд, сторонились, но, в то же время, стремились, как бы невзначай, прикоснуться, надеясь, что такое касание позволит им сбросить часть своей неудачи на меня. Что поделать - старые поверья жили своей жизнью и никакие усилия пропагандистов не могли полностью их искоренить.
Впрочем, я не был тем единственным, перед кем расступалось людское море. Один раз и мне пришлось вжаться в стенку, чтобы, опустив к полу глаза, пропустить парочку в белых балахонах. То были "свободники" - представители Службы Свободы, контролировавшие и отвечавшие за соблюдение прав и свобод граждан. С ними следовало быть осторожным - а ну как решат, что ты, да-да, именно ты - свободный гражданин, недостаточно глубоко понимаешь наши Принципы? Решат - и влепят тебе, для острастки десяток-другой баллов Отступничества, понижая баланс Добродетели. После ведь не докажешь, что мрачным ты был из-за головной боли, или плохого настроения - им на это плевать. Свобода равно Счастье, а раз ты мрачен, то, значит - недостаточно счастлив. Ну а отсюда рукой подать до сомнений в Принципах. Так что нет - глаза в пол, на лицо лёгкую улыбку, приличествующую мыслям о Свободе и ждать, моля Богов, чтобы они прошли мимо.
Пройдя ещё пару десятков шагов, я уже был готов свернуть в коридор, оканчивавшийся дверью в мою рабочую зону, как меня, совсем непочтительно пихнули в спину и мимо промчалась стайка девиц, звонко цокают по металлу пола своими каблучками.
Кремовые халатики - служба сортировки, обдала меня волнами разнообразных ароматов и принялась втягиваться в лестницу, спустившись по которой можно было оказаться в филиале местного ада - сортировочном зале.
- Привет, Инк! - одна из девиц, весело рассмеялась, послав мне воздушный поцелуй.
