— Дивно… — Только сейчас до недомайа дошло, что именно так непривычно ему в облике Мелькора. Глаза! Он никогда не видел — таких. Разве что у Варды — похожие, но это было мерцанием далеких звезд, тут же два ярких, изменчивых огня сияли совсем близко — и все же были живыми.
— Красиво (так бы и сказал: «Тебе идет!»)… Они и были — такими?
— Давно.
Глянув на руки Мелькора и не увидев наручников, Аллор усмехнулся:
— Тебя освободили?
— Похоже на то… — Вала пожал плечами.
— А жить где будешь? У Намо? Я бы к себе пригласил, да захочешь ли? Сам знаешь, где мы живем…
— Прошлое — это только прошлое. Теперь это место — ваш дом и ничто другое. Не стеснить бы вас — это действительно причина.
— Да нет, не стесните. Правда, Эльди? Эльдин кивнула, улыбнувшись Мелькору.
— Во всяком случае, какое-то время я у вас побуду, надо тебя на ноги поставить.
— Ну заодно и поставишь. Намо покачал головой:
— Ты не откажешься потом пожить у меня? Как… когда-то…
Мелькор положил ему руку на плечо:
— Разумеется, не откажусь. Только чуть позже. «Сейчас хочу быть рядом с ним: мало ли…» — добавил он мысленно.
Намо кивнул. Мрачно сцепил пальцы.
— Что печалит тебя, Намо? — проговорил нуменорец. — В чем дело?
— Да опять я опоздал. Опять выжидал — неизвестно чего… Я же был готов сразиться с кем угодно, — отчаянно прошептал Вала, — а тебя не уберег. А еще Властитель Судеб зовусь…
— Вот ты как Властитель Судеб и предвидел победу, точнее, привлек ее, пожелав, — ты же властен не только видеть, но и создавать будущее. — Майа ухмыльнулся.
— Найдешь же ты всегда, что сказать! — рассмеялся Намо, хотя глаза оставались грустными. — Нет, по правде говоря, что-то со мной не то. Нельзя так.
— Да ладно тебе! Ну не утерпел я, вылез подраться. Но я все-таки долго учился этому, а потом и заниматься подобным приходилось часто. А Аргору равных почти не было, — проговорил Аллор. — Намо, ты ведь помнишь, как они уходили?
Намо кивнул. Гортхауэр настороженно вслушивался, высунувшись уже полностью из-за плеча Мелькора. «Мальчишка! — ухмыльнулся про себя нуменорец. — Вместе с обликом помолодел на три эпохи».
— Распоряжусь-ка я подать вина, — сказала Ниэнна. — Аллор, прости, что не вмешалась, — остановило что-то… Простояла столбом…
— Спасибо, что Мелькора с Тулкасом разняла, а то еще одна глупость свершилась бы в Блаженной земле, — фыркнула Эльдин.
Тирзэ и Тиррин пододвинули стол. Начали рассаживаться и в это время заметили Курумо. Майа Ауле изящно поклонился и направился было к выходу, но Аллор остановил его. Курумо остановился, но подойти не решался. Просто замер посреди залы, исподтишка поглядывая на Мелькора.
«Мелькор, я хотел тебя еще там спросить, но не успел… — мысленно обратился Аллор к Черному Вале. — Что ты о Курумо думаешь?»
«То есть? Я не держу на него зла…»
«Тогда, может, поговоришь с ним?»
«Думаешь, это необходимо?»
«Как тебе сказать…»
«А ты почему заботишься о нем?»
«Хотя бы потому, что мы оба знаем о Бездне не понаслышке…» — Аллор прервал связь. Мелькор незаметно кивнул ему, прикрыв глаза.
— Садись, Курумо, что же ты стоишь? — любезно прошелестели слова нуменорца.
Тот машинально опустился в кресло у края стола, рядом с Аллором, словно не замечая присутствующих.
Задав Курумо несколько незначительных вопросов, недомайа, не без помощи Эльдин, вполне владевшей искусством вести застолья, отвлек присутствующих от майа Ауле. Эльдин заняла Намо и Ниэнну разбором возможных ошибок, допущенных при повторных визитах, Тирзэ получил наконец возможность поговорить с Гортхауэром напрямую, и Тиррип присоединился к ним. Аллор изредка вмешивался в разговор с ироничными комментариями, и обстановка за столом начала успокаиваться. Мелиан потягивала вино, изредка поглядывая на потомка.
Мелькор взглянул на Курумо. Майа сидел неподвижно, уставившись в ему одному ведомую точку в стене, и прихлебывал из кубка.
— Прошу прощения у уважаемой Ниэнны, нельзя ли закурить? — Аллор виновато улыбнулся и просительно посмотрел на Валиэ. Та кивнула:
— Конечно!
— Курумо, у тебя огня не будет?
