— Когда вершится великое, без жертв не обходится.
— Память не соотносится с рамками полезности и необходимости.
— Что же в отношении Врагов она у тебя столь коротка?
— Мелькор мне лично ничего плохого не сделал. А Гортхауэр… Я ему уже отомстил.
— Отомстил?!
— Помог уничтожить его силу.
— За что же? Ты же, кажется, служил ему.
— Именно: служил, — отрезал Аллор. — Впрочем, там еще были причины — личного свойства.
— Вот как? Может, скажешь? Я желаю знать.
— К чему Тебе житейская история жалкого недомайа? — пожал плечами Аллор.
— Я задал вопрос!
— Ну если желаешь… Просто Саурон лишил меня свободы и убил мою возлюбленную, а я помог Светлым лишить его средоточия силы и разрушить Мордор.
— Ну-ну… А как ты здесь очутился, да еще и майа стал?
— Это то, что от меня после всего осталось, — тоном, не допускающим дальнейших расспросов, отчеканил Аллор.
— И кому ты служишь? — спросил Эру после краткой паузы.
— Я не служу — я помогаю. По мере сил и способностей. В основном — Ирмо. И вообще больше с Феантури общаюсь.
— А еще с кем?
— С Манвэ.
— И ему служишь?
— Дружу.
— И как ты мог, полагая себя другом Манвэ, связаться с Морготом?
— Они же очень похожи. Любя одного, невозможно не испытывать теплых чувств и к другому.
— Да уж, один другого стоит! — проворчал Эру и вновь возвысил голос: — И оба понесут наказание за свое буйство, и гордыня их еще будет унижена!
— Много ты добился — унижением!
— Ты Мне будешь указывать?!
— Я не настолько самоуверен или наивен, чтобы такое себе позволить.
— Зато изворотлив. При этом не отличаешь добро от зла.
— Но красивое не путаю с уродливым.
— И в деяниях Мелькора красоту углядел?
— Да, хотя и иную.
— Есть еще и иные понятия, по коим можно судить о явлении. Его, как ты изволил выразиться, красота несет зло.
— Но сейчас он вообще ничего не делает.
— Совсем ничего — только подстрекает к бунту.
— Да где ему — еще в себя не пришел. И он на глазах у Валар…
— Один раз они уже поверили ему — и упустили.
— Теперь, наверное, не оплошают. Но от войн устают все. Недаром к Ирмо весь Валинор за помощью бегает.
— Ему бы самому исцеление не помешало.
— Смотря какое…
— Такое, чтоб наставило его на путь истинный. Его — и остальных. А то они все как с цепы сорвались.
— Ты сказал. Они просто устали терять. Ведь Ты вложил в них способность любить? И неразрывная связь, полагаю, Замыслом предусматривалась…
— Вот и исцелились бы от излишних волнений.
— Так исцелятся — если хоть ненадолго оставить их в покое! — не выдержал Аллор.
— Ах вот ты как?! И пусть Враг делает все, что хочет?!
— Да ему бы со своими сотворенными разобраться!
— Ему и их-то не положено было создавать! Правильно тогда отобрал…
— Наоборот: уж если собрался его карать, то лучше бы заставил еще парочку сотворить — тогда ему бы только и осталось, что с ними разбираться!
Видимо, Аллор произнес это вслух, потому что Эльдин тут же встряла:
— И женить — тут бы его бунт и заглох на корню — ему бы уже ни до чего было!
— Куда ему четверых? — не обращая внимания на вклинившуюся в беседу майэ, чуть ли не растерянно проговорил Эру. — Они бы такое натворили!
— Ну не знаю… Вижу лишь, как Мелькору все время приходится Гортхауэра с Курумо разнимать, чтобы не цапались…
— Забавные вещи говоришь…
— Да уж есть что порассказать. Только вот, боюсь, хватятся нас, опять шум будет… Может, как-то встретиться можно? Мог бы Ты снизойти до встречи с нами? Когда никого рядом не будет…
— Не слишком ли много чести тебе, недомайа?
— Ну что Ты, это лишь если Тебе что-то занятным в нашей беседе показалось. Просто не хотелось бы, чтобы из-за нас разыгралась очередная свара.
— Занятно излагаешь…
— С удовольствием расскажу все как можно полнее и подробнее.
— Что же… Я подумаю над твоим приглашением, недомайа. Может, и снизойду.
— Так мы ждать будем. Когда? Завтра?
— Ну, допустим, завтра…
— Благодарим за милость.
— Что же, Я найду вас.
Майа показалось, что воздух вокруг стал реже, словно исчез охвативший его незримый кокон. Слепящий свет потускнел, и глазам вновь предстал мягкий полумрак Лориэна. Усталость резко навалилась на нуменорца, словно он весь день камни таскал, и Аллор опустился на траву. Эльдин тут же очутилась рядом и, обняв его, уткнулась носом в плечо.
— Он… ушел? — прошептала она минуту спустя.
— Ну вроде бы… — несколько вымученно улыбнулся недомайа, запустив пальцы в бронзовую шевелюру подруги. Та прижалась к нему еще крепче.
— Ты расскажешь им?
— Нет. Не стоит. К тому же я пообещал, что поговорим без свидетелей.
— Неужели Он хоть тебя послушает? Не верится, по правде говоря. А тебе? Я все боялась, что Он тебя угробит…
— Да уж… В крайнем случае, пришлось бы поступить как Ирмо.
— Он это почувствовал? Наверное, Он вообще о тебе у Ирмо все вытащил, пока у Бездны его отобрать пытался.
— Не знаю. Вообще до сих пор не понимаю, как удалось мирно разойтись.
— Может, и Он устал от этой свары и помириться не прочь, да гордость не позволяет? — пробормотала майэ.
— Может быть. Он же тоже… живой. Аллор задумчиво покачал головой.
— Надо подниматься и идти, а то и впрямь хватятся, — добавил он, вставая и помогая подняться Эльдин.
