Не все в тот день происходило гладко для южан. В своем стремлении во что бы то ни стало захватить ненавистного Зерда живым они допустили просчет. А именно — упустили один из кораблей. Крошечная быстроходная скорлупка вырвалась из теснины залива и, пользуясь попутным ветром, оторвалась от галер благодаря добротному парусному снаряжению. Страж Зерд вообще был зациклен на парусах, модернизируя оснастку всех захваченных кораблей по собственноручно разработанным чертежам. Его наработки используют до сих пор, хотя такого же совершенства добиться не могут.
Я не сумел проследить весь путь спасшегося судна, но точно знаю, где оно нашло свой конец. Чудом вырвавшись из бойни в заливе оно бесславно погибло на скалах вблизи северного побережья. Увы, не повезло с погодой. До берега добрались лишь два человека. Одного, сильно израненного, нашли местные жители, не гнушающиеся грабежом разбившихся кораблей. И они очень сильно интересовались, не припрятал ли он какие либо сокровища. В результате разговора он умер, но успел много чего рассказать. Отброшу ненужную информацию, выделив лишь главное.
По словам умершего пирата, после крушения почти до самого берега он плыл вместе с Чедаром Нарусом, ближайшим другом стража Зерда, его правой рукой и первым капитаном. Прибой их разлучил, но тот не сомневался, что товарищ добрался до суши и сумел скрыться.
Был ли Чедар на самом деле, или пират врал, я так и не установил. Но одно узнал точно — местные церковники устроили облаву и кого-то вроде бы поймали. Их всегда интересовали секреты стражей, по себе знаю, так что внимание к сподвижнику Зерда неудивительно.
Всех дальнейших деталей я не знаю. Удалось выяснить лишь то, что человек, схваченный тогда, содержался, или, возможно, до сих пор содержится в тайной церковной тюрьме Адена.
И вот я здесь, в той самой тюрьме. И нахожу здесь папашу, чей сын узурпировал герцогство, давно пропавшего духовного лидера иридиан и третьего узника, который не называет свое имя и несет какой-то бред с крохами любопытной информации.
И самое хреновое, что узник из тех, давить на которых бессмысленно. Хватило блеска его глаза, что недолго сверлил меня из чащобы донельзя запущенной прически. Если он решил молчать, то будет молчать — такой уж человек. Не ломать же его в самом деле, он мне не враг.
Этот человек моя последняя соломинка. Интуиция прямо-таки во весь голос кричит — он кое-что знает. А если и не знает, то это все — обрыв очередной ниточки. Последней ниточки. Больше у меня сейчас нет ничего, я прочесал все доступные мне земли так тщательно, что не осталось никакой надежды на то, что упустил нечто полезное. Потеряно время, много времени. И много серебра. Его не жалко.
А вот время…
Мне придется не просто начинать заново, мне придется расширять сферу поисков. А с учетом географо-политических сложностей это будет очень и очень непросто. Почти невозможно. Как, к примеру, мне придется вести себя на дальнем юге? Никаких намеков на стражей в областях близких к побережью мне не встретилось. То есть надо как-то пересечь пустыни, горы, болота и реки добравшись до местностей, где человек в меньшинстве — там давно и почти безраздельно царствует погань.
И на всем этом пути каждый встречный будет считать за честь снести мне голову… Не, ну их… такие веселые поиски… Безымянный узник приоделся в простую чистую одежду и даже обзавелся неплохими сапогами с высоченными голенищами. Не иначе что кто-то сжалился и поделился с ним трофеями, которые получили с побежденных. В данный момент жертва церковного произвола занималась тем, что при помощи деревянной ложки очищала котелок от каши закусывая немудреную пищу хлебом. Сиделец успел вымыться, но сохранил прежнюю прическу, разве что совсем уж безобразные лохмы чуть привел в порядок. Лицо его как и прежде было большей частью закрыто, но то, что мое появление не прошло незамеченным, я понял — глаз знакомо сверкнул.
Присев напротив, я сходу взял быка за рога:
— Как видите, обращаются с вами неплохо. Мы вам не враги. Может, наконец, расскажите о Чедаре Нарусе? Вспомнили что-нибудь?
— Чедар Нарус попал к демам во время битвы в заливе. Так говорят.
— Это всего лишь слухи. Одни из многих. Я слышал и другие. В том числе и те, что он спасся и добрался до северного побережья.
Узник покачал головой:
— Арбалетчик выпустил в него тупой болт. Попал в голову.
— Вы видели это?
— Это рассказывали здесь… люди церкви.
— Они не могли знать все.
— Они вовсю якшаются с демами. У них много общего.
— Вам и это известно?
— Они слишком многое рассказывали о том, что могут знать только на юге.
— Даже непримиримым врагам приходится иногда сотрудничать. Я все еще жду вашего рассказа о Чедаре Нарусе.
— Он мертв.
— А вы кто такой? Вы состояли в войске стража Зерда? Я знаю, что вы, возможно, один из тех немногих, кто спасся тогда.
— Зачем вам это знать? Все это было слишком давно и уже стало историей.
