Итак, демы на острове заняты ожиданием атаки с суши. Нет, на реку тоже поглядывают, но понимают, что такой десант мы быстро не снимем, своих страж тоже не бросает — факт известный. Так что неожиданного прорыва не предвидится. Да и какой может быть прорыв, если обе протоки на совесть захламлены притопленными деревьями и бревнами? Тяжелое судно с бронированным корпусом после хорошего разгона еще может проскочить такую преграду, но деревянные лоханки неминуемо пропорют днища и лишь усугубят ситуацию, прибавив своими корпусами препятствий. Вот и пришлось попросить ныряльщика Родана об услуге. Местные лоцманы под угрозами пыток любезно поведали обо всем, что знают об этом участке реки. А знали они немало. В том числе и то, что левая протока нелюбима мореходами из-за быстрого течения. Если при пути вниз оно помогает, то назад наоборот.
Это же течение вымывает ил и прочую мелочь, так что дно здесь твердое, якорям трудно зацепиться в случае чего. Верить на слово — не в моем обыкновении, но Родан, немного поныряв, подтвердил полученную информацию. И даже кое-что об искусственном заграждении узнал. Так что теперь мы могли действовать не наобум.
Первым делом мне пришлось смириться с мыслью, что совсем без потерь обойтись не получится. Люди предлагали под покровом тьмы и с помощью ребят вроде Родана обвязать завалы веревками и растащить в стороны. Но я не мог представить, каким образом можно провести такую операцию бесшумно. Не надо считать врагов глухими и слепыми, любые работы они заметят и быстро примут меры. Как минимум вернут часть баллист на место, как максимум…
Да кто их знает, что они устроят.
Но я легко иду на жертвы, если это не касается крови моих людей. В данном случае не касалось, я должен был отдать на заклание парочку кораблей. Не скрою — хороших кораблей, тяжелых, лучших из тех, что мы в свое время отобрали у врага. Они могли бы еще не один год честно прослужить, но пришло время их оставить. Увы, ничто не вечно.
Ну и плевать. Я и половину флота не пожалею, если мы выберемся отсюда без прочих потерь.
Галеры, некогда пугавшие северян набегами за живым товаром и материальными ценностями, за день подготовили к последнему делу. Сняли с них все ценное, загрузили трюм балластными камнями, а все свободное пространство забили пустыми бочками. Ни о каких расчетах не могло быть и речи, но я надеялся, что это поможет им не затонуть после получения пробоин в днище. Ну или будут пускать пузыри долго, а не уйдут вниз за жалкую минуту, как это часто бывает со здешними небезопасными кораблями.
Было еще кое-что: на каждой галере закрепили крепкие канаты с железными крюками на концах. Это было последнее, и теперь корабли были готовы геройски погибнуть.
Демы до боли в глазах вглядывались в ночной мрак, пытаясь разглядеть скрывающихся в тростнике страшных северян. Свойство нашего зрения таково, что наблюдатели неоднократно замечали несуществующего врага, после чего в указанном направлении летели зажигательные снаряды и арбалетные болты. И это продолжалось снова и снова, скучать им не приходилось, все внимание было направлено туда, где никакие события не планировались.
А тем временем тяжелые весла возмутили речную гладь. Две вытянутые тени вышли на быструю струю левой протоки и, разгоняясь все более и более, направились вниз. На черной воде не разглядеть завалы, зато лунная дорожка видна прекрасно, с пути не свернуть.
Быстрее, быстрее, еще быстрее. Самые сильные мужики на веслах, большая их часть — некогда освобожденные гребные рабы, пожелавшие к нам примкнуть. Самое время вспомнить былые навыки, от них сейчас требуется скорость и только скорость. Спасибо течению, оно здесь быстрое и помогает тем, кто движется к морю. Так что разогнаться можно неплохо. На берегу кто-то завизжал перепуганной свиньей, раздались крики, прерывисто загудела труба. Ну да, надеяться на то, что демы не заметят приближение двух немаленьких кораблей — глупо. Вот и первая баллиста стукнула, затем вторая — не всех отправили отбивать мифическую атаку с суши. Дистанция невелика, к тому же установлены на твердой земле, а не на шаткой палубе, так что бьют метко. Вот и первое попадание, нос передней галеры охвачен огнем. Но его никто даже не думает тушить, подставляясь под огонь многочисленных арбалетчиков. Да и нет никого кроме рулевых на корме, гребцов на нижней палубе и затаившихся бойцов с крюками наготове. Некого выделить на борьбу с пожаром.
Да и зачем? Этой галере так или иначе конец. Даже лучше, если она сгорит, ведь после такого ее не смогут починить и использовать против северян.
И против нас в том числе.
Вот и вторая загорелась. Как бы ни старались гребцы, а превратить свои корабли в скоростные катера не в их силах. Слишком медленно, надо быстрее, гораздо быстрее. Хотя не все так страшно, ведь и огонь работает небыстро, они успеют сделать то, ради чего их послали.
