Сергей был готов поспорить на что угодно — обычные люди представляют армию совсем не так. Однако лучше уж так, чем если армии действительно придется выполнять ее естественные функции…
В послужном списке Вяземского не значилось участия в каком-либо конфликте, но вот наглядных примеров реально воевавших людей перед ним было навалом.
Вот, к примеру, замком первого взвода — Олег. Нормальный мужик, но иногда складывалось впечатление, что со времен своей поездки в Чечню для мирной жизни он уже потерян бесповоротно.
Нет, никакого афганского, вьетнамского или еще какого синдрома — обычно вроде все нормально… А потом — раз! И человека накрывает. И снова «давай держись, я тебя вытащу!», «прикрывай! прикрывай!» и все прочее.
Страха это не вызывало — только не страх. Скорее уж жалость… Но нельзя же держать человека на службе, с доступом к оружию и боевым патронам в таком состоянии из одной только жалости? Да, спору нет — бойцом Олег был отличным, дело свое знал на совесть и новобранцев учил дай боже… Но другого ротный уже давно бы выгнал и не стал прикрывать за раздолбайство и пьянки… И за выходки тоже. История о том, как Олег как-то раз принял на грудь, поднял среди ночи срочников и в рамках «ночных тактических занятий» захватил караулку, разоружив весь наряд, теперь уже была настоящей легендой. Что ни говори, но и так пользующуюся изрядной долей уважения разведроту зауважали еще больше.
Но это ведь не детские проказы, так что по-хорошему Олегу светило увольнение… Однако отделался он тогда, считай, легким испугом — всего-то на год перевели с его взводом в другой городок. Хорошо, что комбриг тогда в отпуске был и со всем разбирался зампотыл, который не столько на доморощенных захватчиков орал, сколько на раздолбаев-танкистов…
Так почему Олег еще в армии? А хрен его знает — Вяземский этого так и не понял, да и не особо старался. Но в то же время решил, что увольнять Олега тоже не собирался, потому как роте он нужен.
Такие вот дела.
Сергей побарабанил пальцами по рулю.
Минута ожидания на светофоре тянулась отчего-то слишком долго…
Стоп. Да на нем же эти алые цифры «42» не меняются в принципе. Неужто завис аппарат?..
Из лесопарка поблизости в небо неожиданно поднялась непонятная тень и рванула в сторону города. А затем еще одна, и еще одна…
Старлей моргнул. Вгляделся внимательнее, провожая взглядом несущиеся к центру города летучие тени…
Наваждение не пропадало.
Это были то ли драконы, то ли еще какие-то птеродактили размером с небольшой самолет, с человеческими фигурками на шеях.
«Допрыгался», — в голове Вяземского мелькнула ужасающая мысль. — «Довели комбриги и указочки. Крыша поехала в неизвестном направлении…»
Следом из леса начали ровным шагом выходить пехотинцы. Много. Очень много. Десятки… Сотни… Тысячи. Следом вышли и самые настоящие всадники на конях в белоснежных попонах.
Лучи яркого летнего солнца заблестели на наконечниках копий и окованных металлом алых полуцилиндрических щитах. В воздух взметнулись золотистые значки и развевающиеся флаги. Легионеры, демонстрируя отличную выучку, сбивали щиты в плотный строй. Впереди них россыпью выдвинулись лучники и алебардисты. Кавалерия гарцевала на флангах.
Все прямо как по науке… Конница — по бокам, в центре — тяжелая пехота, легкая пехота — впереди…
Сергей несколько нервно хохотнул и начал понемногу успокаиваться.
Его чердак был в относительном порядке. А это, наверное, просто какой-то фильм снимают. Про какую-то битву на Каталаунских полях или в Тевтонбургском лесу… Вон, и другие водители рядом, да и просто прохожие тоже рты поразевали и смотрят…
Вот только…
В таком захолустье снимают фильм про Римскую империю? Так, что даже никто не в курсе? Что за…
Из леса по широкой дуге вылетел огненный шар, размером с бочку, пронесшийся по воздуху, и ударивший по стоящим в пробке машинам метрах в двухстах ниже по улице…
Мощный — ничуть не слабее разрыва гаубичного, взрыв разнес на части тяжелый самосвал и разметал стоящие вокруг него легковушки. Взметнулось и разлетелось ярко-оранжевое пламя, а следом за первым воздух прочертил еще десяток огнешаров.
Взрывы превратили центральный проспект, забитый машинами, в огненный ад, полный разорванного металла и воплей сгораемых заживо людей. Ударной волной выбило окна в близлежащих домах. Один из огненных снарядов ударил в жилой дом, снеся его угол.
Сергей переключил рычаг гидромуфты, ударил по газам и рванул вперед.
Мысли о собственном сумасшествии улетучились, как не бывало. Мыслей вообще почти не осталось — все эти вопросы кто? зачем? откуда?..
Все эти вопросы остались там, где по людям еще не била артиллерия.
Граф Туллий, бездумно поглаживая висящий на шее амулет Крольма, не слишком благожелательно смотрел на исполинское кольцо, в котором колыхалось какое-то светящееся белое марево. Все-таки как и любого нормального человека магия в любых ее проявлениях его безусловно настораживала.
— Аристоклес, все еще веришь в то, что там может быть что-то хорошее? — покосился он на стоящего рядом человека в синей мантии.
