– Не так сильно, как могла бы, здесь печень. Если бы попал…успел увернуться, – Альдим улыбнулся, – правда не полностью. Ладно, нестрашно, одной больше – одной меньше. Что мы имеем: две стрелы в груди, сломаны ребра, разрезан живот и мышцы бедра на правой ноге, – он откашлял кровь и сглотнул ее остатки, ощущая невероятную боль и все больше ощущаемую слабость во всем теле. – Все в порядке, Элдер, уходи, а у меня еще есть дело.
– Уже не уйти, – ответил юнец, заканчивая перевязку зияющей в животе раны. – Они там повсюду, – я пойду с вами, капитан.
– Элдер, сколько тебе? Восемнадцать? Двадцать? Сколько ты уже в академии?
– Семнадцать, капитан. Если честно, я поступил только месяц назад, но мой дядя учил меня с детства орудовать мечом.
Альдим сделал глубокий вдох и тяжело отошел от стены. Минутная передышка, и казалось, что на каждую его конечность повесили по камню. Ноги стали ватными, а руки невообразимо тяжелыми. – Мне нужно сжечь документы, которые хранятся у короля. – Капитан показал мечом на проход, ведущий в тронный зал правителя: – Там дальше только смерть. Элдер, это билет в один конец.
– Лишь сердцем озаряю тьму, да, капитан? Я читал в хрониках, что так говорили в вашем гарнизоне, когда вы один защищали башню Лароссо от разбойников. Тогда вас назвали сильнейшим мечником севера. – Элдер улыбнулся. – Отца я не знал, поэтому всегда равнялся на вас. Так вот, я никуда не уйду. Слышите!
Внизу лестницы, располагающейся в коридоре, отдаленно раздались шаги вновь прибывающего пиратского подкрепления.
– Идите, Капитан, а я прикрою, – голос Элдера слегка дрожал, но тот старался не подавать вида. Альдим это заметил, как и наполняющиеся слезами глаза. – Я прикрою, капитан. – Слеза потекла по щеке, размывая загрязнившую его пыль. – Если он там, убейте его. Убейте
морского дьявола, а я задержу этих тварей на столько, на сколько смогу. И, даже если мне удастся лишь поцарапать самого слабого из них, я буду гордится тем, что помогал Альдиму Уоррелу.
– Элдер…– Альдим выдержал паузу, – сегодня мы оба умрем, но не найдется в мире слов, что отразят гордость и честь принять последний бой в твоей компании. Для меня величайшая честь биться вместе с тобой.
Они кивнули друг другу, после чего Альдим снова воспрял новой волной ярости. Руки и ноги вновь наполнились силой, а разум – твердым намереньем мести.
Элдер встал в проходе, поднес меч ко лбу. – Лишь сердцем озаряю тьму, – прошептал он, казалось, живому клинку.
Альдим провернул меч в руке. – Лишь сердцем озаряю тьму, – произнес он и двинулся навстречу смерти.
……
Разрушенный пушечным выстрелом некогда прекрасный и знаменитый королевский зал лежал в руинах собственных стен. Гигантские каменные колонны, восходящие к мраморной крыше, напоминали атлантов, удерживающих своими могучими руками небосвод. Альдим, ловко пробравшись в зал, спрятался за одним из чудес архитектуры, после того как до его ушей донесся приближающийся цокот шагов, исходящих их королевских покоев.
Выйдя из пелены пыли и дыма, на свет показались пираты и человек, возглавляемый отряд. В нем Альдим узнал короля пиратов и после недолгой беседы вступил с ним в бой.
Кровопролитная схватка капитана военного корпуса и генерала Армады была недолгой, ибо силы быстро покидали истекающего кровью Альдима. Когда он получил очередное ранение, ноги перестали слушаться и опустились на мрамор у края обрыва. Эпсилон появился в разрушенном зале и ненадолго отвлек на себя внимание адмирала. Роковой взмах клинка, и горло рассечено.
Альдим рухнул вниз еще живым. Последние секунды даровала судьба доблестному защитнику крепости, всем сердцем любившему свое государство.
– Простите друзья. Я не справился.
Удар. Боли нет. Темнота.
–
Вновь водоворот судеб сгустился в глазах Мелеха, и миллионы голосов раздались в его голове. Свет из мелкой точки разросся в глазах и выдернул его на поверхность истинного разума, как тонущего котенка из глубины водоема. Глаза вновь ошарашено глядели вокруг, не узнавая место, в котором он находился. Каменный склеп, играющий роль непроходимого карцера, оставался неизменным, а звуки природы, что ласкали слух, казались чужими на фоне привычного грохота пушечной канонады.
– Кто ты такой? – спросил Мелех, в недоумении глядя на Алантира, сидящего перед ним.
– Здравствуй, Мелех, – ответил чародей, вновь имеющий слегка бледный цвет лица, отодвигаясь и освобождая пространство для обзора в зеркале.
– Мелех…Что ты несешь? Я …– он не успел договорить, увидев до ужаса напуганное отражение в зеркале. – Что за черт! – Мелех одёрнулся от увиденного предмета, будто взглядом обжегся о его поверхность. – Я ведь только что падал с обрыва без сил, а потом этот голос. Кто ты такой и что это все значит? – он встал, подходя ближе к старику.
