– Ты просто богатая, избалованная кукла. Думаешь, такая как ты, нужна мне?Ничего не понимаю. Глазами хлопаю. Он ведь это не всерьез?– Но ты же спал со мной! Зачем?Его громкий смех слух царапает.– Принцесса, я просто выполнял задание. А это был приятный бонус. Какой мужик от такого откажется? – долгая пауза жизнь вверх дном переворачивает. – Завтра я верну тебя отцу. За тебя заплатили выкуп.По стене сползаю и лицо руками прикрываю. И, словно во сне, над самым ухом его слова предостерегающие:– И не вздумай выкинуть глупость. Поняла?!Он мой враг. Сын бандита. Моя бывшая первая любовь. Наша новая встреча – насмешка судьбы. Где он похититель, а я жертва. Только быть жертвой не в моих правилах. Не любишь меня, значит? Отлично! Готовься, милый. Я стану твоей настоящей бедой.
– Думаю это плохая идея!
Залпом еще глоток делаю и морщусь. Знаю, что завтра мне будет плохо. Но выпить сейчас – просто необходимость. Мои жизненные обстоятельства бьют наотмашь.
– Брось давай! И пить тоже брось! Для здоровья вредно.
Соболева тормозит мой бокал. Но я отмахиваюсь. Не до нотаций мне сейчас. Не до них.
– Слушай, – не выдерживаю, – у моего мужа любовница беременная. По-моему, я имею право на компенсацию.
Еще глоток. Огненным смерчем по организму разносится. Нервные окончания глушит. Так хорошо. Так почти не больно.
– Я ведь люблю его, – жаловаться начинаю очень типично, как в дурацком кино, – ты меня понимаешь?
– Понимаю, понимаю! Твой Игорь действительно душка. Видела пару раз. Такого грех не любить.
Она все же бокал мой выхватывает и подальше отставляет. Соболева хорошая девушка хоть и шлюха. Но разве шлюхи не могут быть хорошими? Не шлюхами хорошими. А просто хорошими. С человеческой точки зрения.
Философский вопрос то какой. Я на него точно не отвечу. По крайней мере не в таком состоянии, как сейчас. Алкоголь уже по мозгам бьет. Думать мешает. Здраво оценивать ситуацию.
– Ты ведь еще девственница?
– Соболева! Вот умеешь ты все испортить!
Но не отрицаю. Сама ведь недавно во всем призналась. Зачем спрашивается? Мне просто нужны были уши. Просто выговориться. Просто, чтоб легче стало. Но легче от чего-то не стало. Может уши не подходящие. А может во мне дело. Я не такая как все. И обычные методы на мне не работают.
Встаю и уходить собираюсь. Но она меня за руку цепляет. Звенит своими браслетами многочисленными. Какие-то из них даже натуральные. Не бутафорские. От богатых мужиков к ней перекочевавшие.
– Если твой отец узнает, что ты все еще девственница, он даст Игорю развод. Но… – азартный блеск ее глаз мне совершенно не нравится. – Но, если ты окажешься уже порченной…
– Соболева! Ну, что за слово то такое?!
– Молчи, Сулейманова, и слушай, – копирует она мою манеру поведения, – дурой будешь, если Игоря своего к любовнице так просто отпустишь. Я бы за свое счастье поборолась.
– Оно у тебя каждую неделю новое, – не удерживаюсь.
– Я просто в поиске, – ничуть не смущается подруга.
Хотя нет. Никакая она мне не подруга. Мы и в колледже то особо никогда не дружили. И спустя время чисто случайно на вечеринке встретились. Телефонами из вежливости обменялись. Я ей звонить уж точно никогда не собиралась. Но все пошло по пи… Плохо все пошло, короче. И мое долгожданное замужество полетело в пропасть.
Будь проклята эта Анжела!
– Одного не понимаю…
Ирина делает глоток из моего бокала, под моим же офигивающим взглядом, а как же инфекции, вирусы и прочее, что передается изо рта в рот. Она что совсем не брезгует. Хотя зная ее образ жизни, брезгливость – это точно не про нее.
– Чего ты не понимаешь?
– С твоими возможностями… Зная связи твоего отца. Почему ты просто от нее не избавилась? От этой Анжелы. Даже если бы ее стали искать. И нашли бы где-нибудь в соседнем лесочке. Тебе бы все равно все с рук сошло.
– Ты меня сейчас на убийство подстрекаешь, что ли?! Не боишься, что у меня диктофон включен и я записываю.
Но Ирина лишь прыскает со смеху. А я губу закусываю. Ведь она права. Мелькали в моей голове такие мысли. Легкое решение проблемы. Игорь бы перебесился, но в итоге со мной остался. А эта Анжела (я узнавала) сирота казанская. Никто бы ее и не спохватился.
Потом вспоминаю большие глаза. Нет, глазища просто. По-детски наивные что ли. Тихую, спокойную речь. Плавные движения. Как будто она не идет, а балет на сцене танцует. И ведь ничего особенного. Полноватая даже на мой вкус. Опять же грудь вечно из-под блузок выпирающая. Словно по размеру купить не судьба. И никакой ухоженность. Никакого лоска.
Лучше бы она отпетой стервой оказалось. Действовать было бы гораздо легче. Но трогать эту ромашку, все равно что замахиваться на ребенка. Гадко. Низко. Не мои методы.
Ну, вот что он в ней нашел?! Разве я хуже?! В сто, нет, в тысячу раз лучше! Но он за каким-то лешим выбрал эту Анжелу. Ребеночка ей заделал. А со мной даже раз не смог переспать. А я, между прочим, жена. Законная.
Я сегодня в салоне красоты полдня угрохала. Из шатенки в платиновую блондинку перекрасилась. Следующие полдня в магазинах спустила. Наряды, халаты, нижнее белье. Все для любимого мужа. А он так и не приехал. А у нас, между прочим, сегодня юбилей. Два месяца семейной жизни.
Бокал у Соболевой отнимаю и еще глоток делаю. Она опять, зараза, на себя тянет.
– Вкусное! Оставь и мне!
– Слушай! Закажи себе сама! – отмахиваюсь.
Мы ведь и правда не подружки из одного бокала коктейль хлебать.
– У тебя вкуснее.
– Ну, что за глупости! – бубню я.
Она вздыхает. Бросает последний взгляд на напиток в моей руки и жест бармену делает. А через несколько секунд перед ней уже точно такой же бокал. Только полный. Даже больше, чем у меня, по-моему, налили. И сам бармен прямо сияет. Все вокруг нас трется.
