- Соня, это тебе. Оберег от меня. Спящий ангел. Пусть охраняет. А это, - оказывается в коробочке еще цепочка с такой же подвеской, - это ангел для Аришки.
- Спасибо.
Обе улыбаются, Аринка встает, хлопая глазёнками, просит, чтобы новый приятель надел ей украшение. Блин, надеюсь, Соня сама справится?
Слонушко, конечно, предлагает помочь, а моя Красотка краснеет и отказывается.
Слава Богу!
Меня вообще эта история уже начинает дико напрягать. Почему полицейский всё еще тут? Его никто дома не ждёт? А как же служба?
Но хозяйка праздника – Соня. Она его не выгоняет. Приходится терпеть.
Соня переживает, что у неё нет подарков для нас. Потом срывается вниз. Приносит картины.
- Даня, я… я писала её специально для тебя, это… в общем, это пародия, ты поймешь.
Да, пародия. Я в образе юного Леонардо с деревянным фотоаппаратом в стиле изобретений гения.
- Очень круто, Соня, спасибо. – это реально круто. Ей удалось сделать картину объемной, какой-то светлой. Не карикатурной, а именно в стиле Да Винчи, и при этом очень современной. И я похож на себя. Она схватила какое-то моё внутреннее ощущение. Это здорово.
- Артём, я, конечно, тебя не ждала, но знаешь, у художника всегда есть подарки, так что…
Она дарит ему… чёрт… это ведь автопортрет? Девушка на рисунке похожа на Соню, хотя сидит спиной. И на этой спине у неё крылья бабочки, сложенные, какие-то… поникшие, словно сломанные. А вдалеке порхают девушки-бабочки с яркими, целыми крыльями. Очень яркая работа. И со смыслом.
- Спасибо, Соня, это… я не знаток, конечно, - он улыбается, а я мстительно думаю, что он даже не представляет ценности Сонного подарка! – Но это очень здорово.
Тянется за её рукой и… целует.
Вот, блин… снова мой прокол, я не догадался даже в щечку Соню поцеловать!
После дарения подарков у меня неожиданно начинается жор, всё, что приготовили девчонки – очень вкусно, ем и нахваливаю. Артём не отстает. Даже рецепт курицы выпрашивает, рассказывает, что сам себе готовит, живёт один. Так, ненавязчиво Соньке перспективы что ли, обозначает? Бесит.
У меня тоже перспективы. И квартира есть, права, пустая. Отец давно купил, сказал, что подарит на окончание школы, но с переездом будем смотреть по желанию. Пока у меня желания отрываться от семейства не было. Мне хорошо дома.
Но если я хочу Соню себе – надо начинать взрослую жизнь. Отдельная квартира. Работа.
Учёба еще, конечно, но тут я привык совмещать, в школе получается, думаю, с институтом проблем тоже не будет.
Аришка уже на ходу засыпает, час ночи. Пора укладывать.
Я собираюсь взять малышку на руки, но меня опережают. Чёрт, этот парень может стать моей проблемой.
Соня опять суетится.
- Я сама её уложу, вы возвращайтесь в зал. Там… там чайник можно поставить, торт я купила.
- Мы тебя подождем, пока… воздухом подышим, да, Рембрандт?
Ухмыляюсь, ну что ж, хорошо не Пупкин.
Соня хмурится, но я ей подмигиваю. Не боюсь я остаться наедине с офицером полиции, в конце концов как там говорят? Моя милиция меня бережёт? А полиция чем хуже?
- Кстати, почему Да Винчи? – он тоже ухмыляется.
Стоим друг напротив друга, словно оценивая шансы.
- Потому что не Рембрандт.
- Доходчиво. И у тебя с Соней серьёзно?
- Серьёзно.
- Насколько?
- В смысле?
- Ну, ты уже? Или еще нет?
Он охренел? О чём спрашивает? Кулаки сами сжимаются.
- Ладно, остынь, я пошутил.
- Думай над чем шутишь. Не смей о ней так.
- А что ты мне сделаешь, а, мажор? Думаешь, я тебя боюсь?
- Ничего я не думаю. Просто… показалось, что ты нормальный мужик. Видимо реал показалось.
- Я нормальный. А вот ты что за кент – это еще надо понять. И можно ли тебе такую девочку доверить. Таких девочек. Ты же знал, почему она тут как приживалка живёт? Знал. И про родственника ублюдочного знал. И ничего не сделал.
Он охренительно прав. Бьёт в точку.
- Сам понимаешь, да? – смотрит серьёзно, обвиняет и словами, и взглядом.
А мне сказать нечего.
- Ну, хорошо, что молчишь. В общем, Соня мне нравится, и я ей помочь хочу. И я тебя предупреждаю, что хочу не просто так помочь.
- Что?
- Еще раз. Она мне нравится.
Наглый, чёрт. И что мне сказать?
- Знаешь, офицер, мне, собственно, глубоко по Фаренгейту, что она тебе нравится. Соня моя. И я отступать не намерен.
- Я тоже.
Вот и поговорили. Охренеть информация!
- Пойдем, она волноваться будет.
То есть он уже знает о том, что она будет волноваться, а я тут просто так, погулять вышел что ли?
Меня бомбит. Но я понимаю, что при Соне буду вести себя сдержанно.
Мы сидим за столом еще час. Танцуем. Мне дико хочется поцеловать Соню, но какого-то хрена при этом я не могу.
И сам себя ругаю за свою слабость, но чувствую, что Соне будет неловко.
Он о чем-то ей рассказывает, смешит, слышу её голосок, как колокольчик, и хочется просто порвать это Слонушко.
Вижу, что к трем часам Соня уже совсем спит. А ведь она еще и не важно себя чувствовала, приболела! А я кретин, это из вида выпустил.
- Сонь, тебе спать пора. Давай мы тут всё уберем, скажи, где посуду помыть?
- Я сама, не нужно, Дань.
- Нужно. Тут туалет на этаже. Я помою. Что нужно вниз отнести, скажи.
Мы со Слонушком довольно быстро и слажено наводим порядок.
