Но в этом-то и заключалась одна из основных проблем. Очень скоро мне придётся убедиться в том, что это не игра и не жестокий розыгрыш.
«Похоже, уже всё. Мне уже дали команду сворачивать эфир… – и прощальные фразы Алека ощущались совершенно не наигранными. Такое невозможно сыграть, если на самом деле не чувствуешь того, что говоришь. – Было очень приятно с тобой познакомиться и поговорить «по душам», Марго. Удачи. Буду держать за тебя кулачки.»
Что означали его последние слова? Тут уж оставалось только гадать. Да я и не успела ничего сделать со своей стороны, услышав характерный щелчок в наушнике и поняв, что это всё. Связь отключена.
– Вы готовы, мисс Райли? Может вам что-то нужно? – Виен вернулась в студию едва не через минуту, как только голос Алека навсегда замолк в моей голове.
– Только мой сотовый и более удобная, чем эта, обувь. Какие-нибудь мягкие тапочки. Хотя, да… что-нибудь ещё попить.
– Что-то конкретное? – как вскоре выяснилось, Виен принесла не один лишь халат, но и прихватила мой мобильный, протягивая гаджет в мои руки самым первым.
– Да без разницы. Хоть простую воду!
– Проверьте тогда сообщения и свой банковский счёт. Первые зачисления уже должны были поступить. Остальная, самая крупная часть придёт где-то через полчаса, когда будут улажены все финансовые формальности с клиентом.
– И… что дальше? Вы меня отпустите… или что?
Виен снова идеально вежливо улыбнулась в ответ, явно отрабатывая сценарий – успокоить и ублажить товар всеми доступными для этого способами.
– Можно сказать и так. По сути, мы передадим вас клиенту. А он, в свою очередь, скажет, что с вами делать дальше.
Я должна была об этом догадаться и так. В главную очередь о том, что никто меня отсюда так скоро отпускать не станет. И что уже, по сути, я больше самой себе не принадлежала. Просто… пока ещё не осознала это в полную меру.
– А кто… Кто меня купил? Это вы хоть можете сейчас сказать?
В этот раз на фарфорово-кукольном личике Виен нарисовалась сдержанная улыбка «искреннего» сожаления, и азиатка даже изящно пожала плечами.
– Сожалею, но мне подобную информацию не оглашают. Я всего лишь выполняю данные мне инструкции и за пределы своих прямых обязанностей не перехожу.
Действительно. Чего это я? Неужели решила, что у кого-то здесь имеется больше прав и возможностей, чем у меня? С такой тщательно продуманной конспирацией, лучше вообще ни о чём не знать. А то мало ли…
– То есть… я опять никуда не смогу сейчас отсюда уйти по собственному желанию?
– Это вам придётся решать с самим клиентом или с его людьми. Мы являемся лишь посредниками с определённым спектром специфического рода услуг.
Что и следовало доказать. Как будто мне могли ответить как-то иначе. Скорее, только подтвердили все мои худшие предположения, пока ещё мягко указав на то,
– И… что мне теперь делать? Просто ждать?
– Не беспокойтесь. Как правило, подобные заминки длятся не слишком долго.
– И чем они заканчиваются… как правило? – легко ей говорить «не беспокоится». Посмотрела бы я на неё, окажись эта красавица на моём месте.
Я и без того на взводе. И каждая последующая минута вынужденного ожидания, как реальная пытка по натянутым нервам и зашкаливающим эмоциям. Не говоря уже про деньги. Мне хотя бы их получить, как и успеть распорядиться по назначению. Иначе… Даже не представляю, что со мной случится иначе, если меня доведут до настоящего срыва подобным ожиданием и перед фактом полной неизвестности.
– Клиенты присылают свои инструкции и чаще всего забирают девушек в тот же день. Но, заверяю вас с полной ответственностью, с вами никто и ничего не будет делать, пока вы не получите полную выплату за участие в аукционе.
Как мило. Можно подумать, подобным набором шаблонных фраз действительно реально кого-то успокоить.
– Обычно нам запрещают использовать успокоительное, за исключением самых крайних случаев. Но, если вам кажется, что вы не сможете успокоиться самостоятельно и вам на самом деле очень нужно это сделать…
– Нет. Спасибо. Обойдусь как-нибудь и без таблеток. Просто принесите мне воды и удобную обувь. И все мои вещи, кстати, тоже.
– Считаете, вам будет удобней ждать здесь? Или всё-таки вернёмся в «гримёрную»? Там, по крайней мере, есть более удобный диван.
Боже, какая же эта Виен зануда! Мне бы по-хорошему просто побыть одной, чтобы попытаться переварить хоть какую-то часть произошедшего тут со мной безумия. Так как, похоже, меня уже начало пробирать тремором нервного озноба в виде отсроченной реакции. Да и мне самой не очень-то и хотелось демонстрировать своё состояние незнакомым мне людям. Правда, оставаться в студии, напичканной под завязку профессиональными видеокамерами, – тоже далеко не лучший вариант.
