Он накрывает своими губами, моих губ. Нежно, аккуратно, еле касаясь.
— Прости меня — веду рукой по его щеке, колючая щетина приятно царапает пальцы.
— За что? — смотрю в его глаза, наполненные нежностью.
Пару минут назад, они были готовы меня испепелить.
— За то, что подверг тебя и нашего ребёнка опасности, я должен был догадаться.
— Но сейчас ведь всё хорошо — то как он посмотрел на меня, понимаю, что нет — Всё же хорошо? И ты заберёшь меня домой — спрашиваю его с надеждой, боюсь услышать что-то другое, хочу чтобы всё закончилось, хочу увидеть маму или услышать, хочу чтобы Агата вернулась домой, целая и невредимая.
— Малыш, сейчас я не могу забрать тебя, тебе нужно обследоваться и полежать здесь какое-то время. Я пока решу дела — он встаёт, целует мен в лоб и направляется к двери.
— Стой. Как Агата, есть новости?
— Не переживай, я скоро с этим разберусь.
— Можно мне маме позвонить? — мне очень нужно её услышать, прошло две недели с того момента, как я её видела в последний раз.
— Нет, сейчас нельзя, это опасно — больше не задаю вопросов, отворачиваюсь от Эмиля, пытаюсь сдержать слёзы, а что мне вообще можно?
Конечно же, слух я этого не говорю, сейчас не время, достаточно того, что сейчас происходит.
— Маленькая — вновь касается моего лица, поворачивает в свою сторону — всё будет хорошо, я обещаю. Скоро всё закончится, и ты сможешь сделать всё, что захочешь.
— Правда?
— Да — как-то он это сказал с напрягом в голосе.
— Прям всё, что захочу?
— Да.
— Даже если я скажу, что хочу уйти от тебя? — зря, я задала этот вопрос. От этого у Эмиля вздуваются вены на мощной шеи, мышцы под футболкой напрягаются, а глаза темнеют.
— Я обязательно, вытрахаю эту дурь с тебя, да так, что когда ты будешь садиться на свою аппетитную задницу, все мысли об уходе, будут казаться тебе самой глупой ошибкой в твоей жизни — от его слов багровею, дикое желание поднимается во мне, а вместе с ним и стыд — я понятно выразился?!
Злится и очень сильно, а мне нравится это.
— Поняла — отвечаю покорно.
— Мне пора — теперь он целует с напором, подчиняет, показывает, чья я, рычит в мои губы, а я с огромным удовольствием отвечаю. Обхватываю двумя руками его шею, притягиваю ближе, набухшие соски приятно трутся об медицинскую сорочку, касаясь его груди, Эмиль отрывается от моих губ, с большим трудом, а из моего горла вырывается жалобный стон — маленькая, я и так еле держусь. Тебе сейчас нельзя — быстро целует меня ещё раз и уходит.
Эмиль.
Когда увидел мелкую, стоящую в луже крови, ахуел.
В тот момент в голове пронеслась тысяча мыслей. Я подумал, что головорез что-то с ней сделал, но после, по его взгляду понял, что он в ахуе не меньше меня.
Нет, я не крови боялся, а за неё. Вся жизнь перед глазами пролетела.
Секунда ступор, что крайне редко со мной случалось, а после моя девочка летит вниз, и в последний момент я успеваю подхватить её.
Ору Пахому, чтобы заводил машину, Лиса что-то бормочет, перед тем, как теряет сознание — тише маленькая, всё будет хорошо.
В больницу приезжаем быстро, знакомый врач увидев меня, несётся со всех ног.
— Каталку быстро — зовёт медсестёр. Умный мужик, все вопросы точно по теме — что случилось?
— Да я ебу, Герыч, зашёл она в крови, я подозреваю, что она беременна — нет, я не гинеколог в прошлом, просто знаю, как выглядит выкидыш. У моей мамаши такое было и не раз, и она очень бурно и весело мне рассказывала об этом, в те моменты, когда истекала кровью.
— Догадываешься? — удивлённо смотрит Гера.
— Не накаляй, а работу свою выполняй.
— Ты же понимаешь, что шанс спасти ребёнка даже не один процент?
— Гера, у тебя одна жизнь, а не десять — рыкаю на него, от бессилия, потому что прекрасно понимаю, что он не Бог и не всесилен.
Но от осознания того, что мой ребёнок, о котором я догадался лишь тогда, когда несся в больницу, может не появится на свет… Всё просто разрывалось внутри.
— Я ни чего тебе не обещаю — строго сказал Гера, не как человек который трясется за свою шкуру, а как врач, который достойно выполняет свою работу.
Гера не раз штопал меня, и как бы я не угрожал, ни разу не трясся передо мной. Выполнял свою работу, потому что обязан, как любой, другой врач.
Прошло пару часов с приезда в больницу. Дверь открылась, и вышел Гера.
— Ну что?
— Она нервничала перед тем, как началось кровотечение?
— Да, очень сильно.
— Не буду спрашивать почему, всё равно не скажешь — опускает глаза в планшет, что-то отмечает — кровотечение открылось на фоне стресса, ты быстро среагировал, ещё не много и уже бы не смогли спасти. Плод достаточно крепкий, что тоже немало важно. В общем, я положу её на сохранение, на неделю, понаблюдаем, мало ли что, нужно прокапать её, я так понимаю, она нервничала не только сегодня, а на протяжении долгого времени. Дам тебе рекомендацию, как врач, пока протекает беременность, ни какого стресса, ни каких нервов, в её случае это опасно для жизни ребенка.
— Я заберу её домой, будешь приезжать, капельницы и всё остальное, если надо я кабине оборудую, но чтобы она была дома — Гера смотрит на меня, ка как на долбаеба.