— Да ты реально нешуточно завелась… Какая молодец! А ну-ка!.. — и будто мне в издёвку Рейнальд процарапал своим охрипшим баритоном по сознанию и оголённым нервам, когда всего через несколько секунд, после того, как оттащил меня от окна, уложил, будто невесомую куклу спиной на упругий матрац тахты дивана. А потом сразу же навис надо мной, перехватывая мои руки за запястья и снова запрокидывая их мне за голову. В буквальном смысле распиная под собой и заранее заставив раздвинуть ноги, пока вставал коленями между ними, тем самым окончательно заключая всё моё тело в свою извращённую ловушку.
— Посмотри на меня, девочка. Хочу видеть твои поплывшие глазки и того, кто в них отражается… — его последней фразы я опять не до конца пойму, больше реагируя на звучание заклинающего меня голоса. На сминающий прессинг его физической близости и, да, поглощающий взгляд самых красивых и одновременно до жути пугающих глаз, от всевидящего взора которых меня невольно всю передёргивало, простреливая насквозь будоражащей вспышкой сладчайшего тока.
— Учти милая, здесь кроме меня и тебя, больше никого быть не должно. Ни в твоих фантазиях, ни желаниях, ни где-либо вообще. Готовься и морально, и физически быть вые@нной мной и только мной. И пока ты не захочешь этого по-настоящему и только от меня…
Я несдержанно снова ахнула, после того, как он провёл ладонью по моей шее и декольте, грубо сжал мою левую грудь и передавил пальцами воспалённый от возбуждения сосок.
— Пока не начнёшь умолять меня об этом…
Я уже готова была закричать и едва ли от боли (хотя она тоже присутствовала), но от неожиданности лишь задохнулась в тот момент, когда Стаффорд проделал предыдущий безжалостный манёвр со второй моей грудью и соском, а потом… Боже правый! Потом прижался членом к моей раскрытой под ним промежности и несколько раз скользнул упругой головкой по моему клитору и всей киске, снова доводя меня до полного исступления.
И ведь мне действительно было этого мало. До одури мало! Чем больше он растирал мои налитые горячей кровью и невыносимым томлением интимные складочки и даже вход в вагину, тем нестерпимей становились пробирающие меня ощущения с эйфорией. Мне уже хотелось непрерывно стонать и, мать его, подмахивать мужчине! Самой прижаться к его внушительному фаллосу (не имея никакого понятия, как он во мне поместится), чтобы уже самой избавиться от этого сумасшедшего наваждения с не менее одержимым желанием кончить.
— Пока действительно не станешь просить об этом
О, Боже! Он точно сумасшедший! Но вместо отрезвляющего страха с защитным чувством самосохранения и последующим сопротивлением, меня накрыло очередным безумием, как собственным, так и в лице самого Стаффорда. Когда он уже буквально налёг на меня (правда, не всем весом), перекрыв собою уже абсолютно всё. Приблизившись к моему лицу своим настолько, что теперь я могла лишь дышать его запахами и его дыханием, и покрыв собой, словно живым коконом или клеткой, из которой я не сумела бы сейчас вырваться, даже если бы на самом деле этого хотела.
— Ты этого уже хочешь, девочка? Хочешь большего?..
И нет, он не просто всё это говорил, сводя меня с ума и голосом, и гипнотизирующим взглядом глаза в глаза. Он меня буквально трахал, даже не совершая этого в буквальном понимании, хотя по ощущениям я иначе всё это назвать не могла. Трахал словами, трахал ментальным прессингом и собою — своей физической токсичной мощью, от которой плавились нервы и даже мозг, пока он скользил по моему телу своим, как и членом по моей киске, удерживая над моей головой руки в своих беспощадных тисках. А я лишь дурела и заводилась до немыслимого для меня остервенения, из-за чего действительно хотелось уже кричать и умолять его остановиться… или, наоборот, не останавливаться, а сделать с этим хоть что-нибудь.
— ДА! О, Господи-и!.. Пожалуйста!..
— Что, пожалуйста? Чего именно ты хочешь, Дейзи?.. — последний вопрос с моим именем он отчеканил своим демоническим заклятием прямо мне в губы, словно издеваясь надо мной или собираясь довести меня до ручки уже окончательно. Но моя киска от этого меньше ныть не перестала. Или даже наоборот, онемела под трениями его члена настолько, что я уже не могла разобрать, что вообще сейчас испытывала — то ли наивысший пик ненормального возбуждения, то ли чистейший экстаз, с которым не сравниться даже кульминационный оргазм. Не говоря уже о том, что я и сама не знала, чего же хочу сейчас больше всего — наконец-то уже кончить, или чтобы это сумасшествие никогда не заканчивалось.
— Боже!.. Пожалуйста!.. ВАС! Я хочу ВАС! Чтобы вы меня трахнули!.. По-настоящему!.. — я уже была готова разрыдаться, вообще ничего не соображая, как и не понимая, что со мной происходит, и что этот Дьявол со мной только что сотворил.
— Действительно, Дейзи? — он снова обхватил моё лицо властным захватом пальцев, чтобы я не посмела в этот момент отвернуться или же отвести в сторону взгляд. — Ты думаешь сейчас только об этом? И ни о чём другом, кроме этого? И чтобы это был я и только я?
