Нас объединяет горе. Мы оба потеряли близких людей.И если он спокойно может обойтись без меня, то я, увы…Мне может помочь только ОН, но цена, которую просит, кажется неподъёмной.Она думает, что я ей во спасение. Глупая девчонка! Нет никого опаснее меня, особенно для неё! Мной управляют желания: похоть, месть и жажда наживы. И я вытряхну из неё всё до капли, а девчонку выкину из своей жизни, как ненужный хлам.
БорИска
— Ад, мне очень нужна твоя помощь, — я мяла в руках записку, которую нашла дома еще утром. Она стала последней каплей, толкнувшей на отчаянный шаг прийти к Андрею Даниловичу Адакову, а в узких кругах просто Аду.
Не то чтобы он был спасителем угнетённых, мессией, радеющим за мир, героем, не позволяющим обижать невиновных, но в данный момент только Ад мог меня спасти!
— И что тебе нужно? — скучающе, почти безэмоционально отозвался Андрей, откинувшись на спинку массивного кожаного офисного кресла. Смотрел ровно, без интереса:
— В-вот, — шагнула к столу, несмело бросила записку перед ним.
Он даже не шелохнулся, чтобы её взять.
Я секунду помялась и торопливо развернула:
— Прочитай, — запинаясь, придвинула к нему.
Ад помедлил, но всё же взял.
— И что? — небрежно бросил обратно.
— Мне угрожают, — опешила его равнодушию. — Это не в первый раз! И звонки были. И СМС. Даже пару раз в доме находила то вазу разбитую, то кровь на полу.
— Для этого есть полиция, — в том же спокойном тоне отозвался Адаков.
— А тебе они много помогли? — это было жестоко, напоминать о случившемся в семье Андрея, и о бездействии правоохранительных органов по раскрытию зверского убийства его сестры. И я попала репликой в цель, удосужилась хоть какой-то эмоциональной реакции от Ада — расстрельного взгляда. Хорошо, что им нельзя убить, а так бы я уже была мертва.
— Прости, понимаю, что сейчас не самое подходящее время, — попыталась смягчить свою бестактность. — Мой папа… — запнулась, потому что смерть Анджелы, сестры Андрея и моей подруги, нас обоих подкосила. Вот только… Ад в себе закрывался и на меня с чего-то обозлился, а вот мне еще тяжелее пришлось. Сначала подругу убили, потом и отца. — И твоя сестра…
— Не смей о нем говорить в моём присутствии, тем более в контексте смерти моей сестры, — отрезал сурово Адаков. — Моя боль — моя, твоя мне побоку! — отсёк любую мысль, что нас что-то объединяет.
Я опять замялась, не зная, как вести себя со столь агрессивно настроенным мужчиной. Ведь пришла с болью, отчаяньем, надеждой. И с чего вдруг он так рычал на моего отца? Да, они не были друзьями, скорее уж непримиримыми конкурентами, но ведь он мёртв!
— Прости. Я просто хотела сказать, что и мне плохо, тяжело, а полиция только руками разводит, обещает, но ничего не делает.
— У тебя в доме камеры, — напомнил сухо.
— В том-то и дело, они с некоторых пор стали, барахлить, — пробормотала, осознавая, как глупо звучали мои оправдания.
— Уволь всех старых охранников, найми новых, если конечно, у тебя ещё на это остались средства, — облил новой порцией морозного равнодушия.
— Остались, — не поняла причины его яда. — Но я тебя прошу, — выдавила, едва слёзы не глотая. — Расследование убийства отца ещё идёт, но мне прямо в лицо говорят, что дело — очередной висяк.
Не утрата родственника меня волновала. Может, жестоко с моей стороны быть такой бездушной, но мы не слишком ладили с папой, вернее почти не общались, особенно после скоропостижной смерти моей матери. И я бы не пошла к Аду, но меня стали неизвестные донимать жуткими угрозами.
Конечно, я знала, в чём дело — в наследстве — в сети клубов, которые мне достались после отца. Так что, да, я лакомый кусочек на столе опасных и голодных волков этого бизнеса, а ещё слабый противник. Выживать в мире сильных мужчин не привыкла, ведь до сего дня легкомысленно купалась в достатке, не зная печалей и горестей под крышей папы, и не озадачилась тем, как управлять махиной, построенной моим дражайшим родственником.
А все помощники, «правые» и «левые» руки, только его не стало, мне всё навязчивее стали казаться алчными, так и ждущими моей ошибки, чтобы урвать кусок покрупней.
Нет, не сразу до этого додумалась, но когда сталкиваешься с кучей проблем, решение у которых лишь одно — назначить других, поверенными лицами моего состояния и бизнеса, хочешь не хочешь задумаешься о том, что нет в твоём окружении верных и порядочных людей!
И это в окружении!!! Что говорить о безжалостном мире, не терпящем оплошностей, кишащем бескомпромиссными конкурентами?!
Ад тоже был конкурентом, но он брат подруги и я ему нравилась одно время. Знала наверняка — Андрей в этом сам как-то признался. Правда, тогда был сильно выпившим. Я благоразумно сбежала от дальнейшей беседы по душам, просто ушла из гостей, а когда увиделись с Адом в следующий раз, он вёл себя, как ни в чём не бывало. А я умело подыгрывала его амнезии!
Но я ничего не забыла, поэтому и к Адакову не сразу бросилась.
Просто уже была на грани. Наследство таяло, бизнес разваливался, я билась в отчаянье!
— Ад, не поверю, что тебе плевать.
— Жаль тебя разочаровывать, но мне нет до тебя дела, а теперь, будь любезна, — кивнул на выход без толики жалости, скорее отмахнулся от назойливой мухи. Сказал так, как отрезал и вновь к столу подался, погружаясь в документы с головой.
