Я училась в консерватории и подрабатывала в выходные дни певицей в достаточно пристойном караоке-баре. Жила с дядей самой обычной жизнью, пока однажды не узнала, что у меня появился поклонник. Не просто ценитель моих вокальных способностей, который иногда дарил цветы, а настоящий бандит. Бандит, который решил, что отныне я принадлежу ему и мое согласие ему, конечно же, без надобности.
EPIC COVER | ''Paint It Black'' by Hidden Citizens (Reawakenings Vol.2)
У меня горели лёгкие. Казалось, что в грудь зашили раскалённый камень и теперь он сжигал все мои внутренности, плавил кожу, ткани, вены, капилляры. Горло драло от бесконечных рваных вдохов. Морозный холод проникал в глотку, сталкивался с огнем в груди, давя на ребра. Ноги ныли, особенно, ступни, но я бежала вперед, не нарочно царапая ветками голые руки, шею и щеки.
Я слышала жуткий собачий лай, они были неподалёку и это заставляло меня ускоряться. Но надолго моих сил всё равно не хватало, поэтому я замедлялась, затем снова слышала лай и снова бежала быстрей. Белое воздушное платье, которое я надела на празднование своего девятнадцатого дня рождения в караоке-баре, путалось меж ног, цеплялось за сухие ветки, препятствуя моему движению. Пришлось разодрать подол и бросить его в кусты. Ноги были обнаженными выше колена. Холодный ветер кусал кожу, коленки немного покалывало, но я продолжала бежать, удивляясь тому, что меня хватило на такой большой отрезок пути.
Волосы цеплялись за всё подряд, но их я вот так просто содрать со своей головы никак не могла, как сделала это с платьем. Приходилось терпеть и сдавленно шипеть, когда добротный клок оставался на очередной скрюченной ветке дерева.
Если бы я не ринулась в лес, то они давно б догнали меня. Сели в свои машины и через метров сто уже скрутили. А так… Тут не каждый человек пройдет не то что автомобиль. Страх перед лесными жителями отсутствовал, я куда больше боялась тех, кто стремился словить меня. Сердце одержимо барабанило в груди, отдаваясь болезненной пульсацией в висках и затылке.
Наскочив на какой-то камень, я упала на сырую землю и ощутимо забила себе колени и левый локоть. Несколько секунд я никак не могла заставить себя подняться, из-за чего по щекам скользнули горячие злые слёзы. Я злилась на свое бессилие, проклиная весь мир за то, что мне нужно убегать непонятно куда, будто лань какая-то, за которой гонится стая волков.
Поднялась, пробежала несколько метров и снова упала, оцарапав себе щеку. Во рту помимо солоноватого вкуса слёз, почувствовался металлический оттенок. Это была кровь. Кажется, я прикусила себе щеку изнутри.
Лай проклятых собак заставил меня быстро вскочить и побежать дальше. Меня начало пошатывать. Я задыхалась от собственных судорожных вздохов. Перед глазами всё плыло и покачивалось. Нужно собраться с силами! Я не должна достаться ему, как какой-то чертов трофей или диковинная игрушка, которая будет его развлекать по вечерам.
Меня начало всю лихорадить. Еще бы! Босиком да по сырой холодной земле! Лай собак внезапно прекратился. Звенящая тишина обрушилась на меня, затопила пространство вокруг, неприятно коснулась плеч. Неужели сдались? Неужели решили оставить в покое?
Я остановилась, потому что ноги наотрез отказались мне подчиняться. Коленки подгибались, дрожа от перенапряжения. Я ухватилась за сук здоровенного старого дерева, чтобы не упасть и согнулась пополам, судорожно дыша. У меня больше нет сил. Желудок неприятно сжался. Кажется, меня сейчас стошнит.
Треск сухих веток эхом раздался где-то позади меня. Я вздрогнула и путаясь в собственных ногах поплелась вперед, но снова споткнулась.
- Попалась! – горячее дыхание неожиданно обожгло мою шею.
Сильные руки больно схватили меня за плечи, не позволяя в который раз упасть. Я попыталась отстраниться, но это уже было бесполезно. Никто меня теперь не отпустит.
- Говорил же, что моей будешь. Зачем убегать? – в низком голосе отчётливо ощущалась насмешка.
- Пустите! – я брыкнулась, но и эта моя попытка увенчалась неудачей.
- Мёд мой, не бывать этому, - руки сильней сжали меня, оторвали от земли.
Я что-то кричала, продолжала пытаться выбраться из стальных тисков навязанных объятий, но ничего не изменилось, только голова сильней закружилась, а лес быстрей закачался у меня перед глазами. Затанцевали черные точки, они начали стремительно увеличиваться, пока не образовали одно сплошное черное полотно, а глухой шум не залил уши. Кажется, такое состояния принято считать потерей сознания. Я хотела бы навсегда потерять это проклятое сознание, чтобы никогда больше не видеть его. Не видеть Беса.
Несколько часов назад…
- Почему ты такая испуганная? – вдруг поинтересовалась Рита, внимательно рассматривая меня, будто на моем лице вдруг появился третий глаз.
- Я не испуганная, просто волнуюсь немного, - глубоко вздохнув, отвечаю.
- А почему волнуешься? На сцену уже не в первый раз поднимаешься. Публика у нас хорошая, воспитанная. Отработаешь свой репертуар, потом я уже пойду. Тебе за смену заплатят больше, всё-таки в свой день рождения вышла. Тебе Бульба вон выходной на завтра дал. Сможешь сегодня ночью где-нибудь отпраздновать и спокойно потом выспаться. Чего уж тут волноваться? – Рита посмотрела на себя в зеркало, взбила рукой пышную светлую шевелюру и послала своему же отражению воздушный поцелуй.
