— В прямом, — заявляет парень. — Ты не ешь, и мой бургер никакой. Тут и пробовать нечего. Сразу понятно, что вкуса в нем ноль.
— Я попробую, — моя улыбка становится шире. — И ты давай.
Беру бургер и кусаю. Волков следует моему примеру. Вгрызается в свой бургер с жадностью. И я понимаю, мне нравится наблюдать за парнем. Сегодня у Макса хороший аппетит. Он явно идет на поправку. Его мощные челюсти ходуном ходят, желваки напрягаются. Крупный кадык ритмично двигается.
Волков ест так выразительно, что мне самой становится… вкуснее.
Смеюсь, замечаю, что перепачкалась соусом, и тянусь за салфеткой. Поспешно вытираю лицо.
Бургер очень сочный. Здесь их готовят в особой печи, поэтому булочка пропитана характерным дымком. Кусаешь — и не можешь остановиться.
А ведь я редко заказываю бургеры. Скорее выберу пиццу.
— Я чувствую, как у меня развивается зависимость, — опять улыбаюсь.
— Да, — говорит Макс, не отводя глаз от моего лица. — Я тоже.
Он подается вперед, проводит пальцем по краю моих губ. Обводит медленно, нежно, едва дотрагиваясь.
— Соус, — поясняет коротко.
— Ой, — закусываю губу и хватаю новую салфетку.
— Ты еще картошку не брала.
Понимаю, что жутко хочу есть. Но это и не удивительно. В кафе было некогда перекусить, а в универе я тоже чем-то постоянно занималась.
— Вот, попробуй с моим соусом, — выдает Макс и подвигает ко мне свою тарелку.
— А ты мой бери.
Вскоре выходит так, что мы кормим друг друга картошкой по-деревенски. Ломтик за ломтиком обмакиваем в разные соусы, шутим и смеемся.
Глаза Макса сверкают, а у меня в груди все вибрирует, но уже не от тревоги и не от волнения. Забываю про страх, про напряжение. Расслабляюсь.
Музыка. Люди вокруг. Все это отходит на второй план. Такое ощущение, будто мы остаемся здесь только вдвоем. Никто и ничто не мешает.
— Как насчет десерта? — спрашивает Макс.
— Ты что, я не смогу…
— Можем на двоих взять, — прищуривается. — Дай угадаю против чего ты не сможешь устоять.
— Ну ты угадал фильм, — улыбаюсь. — Но десерт сейчас точно будет перебором, поэтому тут без шансов.
— Черничный пирог, — заключает он и придвигает ко мне меню с яркими фото. — Ты посмотри. Уверена, что откажешься? Ладно, тогда я сам возьму.
— Ох, Макс, — снова смеюсь. — Я обожаю чернику. Это запрещенный прием. Стоп, откуда ты знаешь?
— Просто повезло, — пожимает плечами. — Это судьба.
Волков делает заказ, а я отвлекаюсь на звонок. Телефон вибрирует. На экране номер Даши. Я закусываю губу. Только теперь вспоминаю, что мы договаривались вечером созвониться и обсудить, как поступить с Киром.
— Да, — говорю, принимая вызов.
— Ой, прости, — выпаливает подруга, услышав музыку на заднем фоне. — Понимаю, ты не дома. Наверное, мне лучше перезвонить.
— Что случилось? — напрягаюсь, уловив напряжение в ее тоне.
— Ничего, — отвечает и, помедлив, прибавляет: — Я немного повздорила с Киром. Хм, сильно повздорила, если честно. Не знаю, как так получилось. Мы созвонились по видеосвязи. Слово за слово и понеслось. Он же всегда меня слушал, а тут никак не хочет бросить эти дурацкие гонки. Даже взять паузу не соглашается. Вроде там не разрешают пропускать. Когда начал соревноваться, отказываться уже нельзя. Сразу потеряешь рейтинг. В общем, я не представляю, как до него достучаться. Ему будто мозги промыли.
— Даша, обещаю, мы что-нибудь придумаем.
Выдаю это и замолкаю. Теперь я сомневаюсь в собственных словах. Кир загорелся гонками, будет трудно его остановить.
— Извини, — вздыхает подруга. — Я порчу тебе вечер.
— Нет, ну ты что, — тут же заявляю я. — Даш, все нормально.
— Лучше завтра обсудим, — продолжает она. — На свежую голову. Перед парами поговорим.
И то верно. Сейчас у меня нет ни одной идеи. Мы прощаемся, и я невольно хмурюсь, откладывая телефон.
— Кто твою подругу обижает? — спрашивает Макс.
— Никто, — рассеянно качаю головой. — Дело в другом.
— Выкладывай.
— Тут ты никак не сможешь помочь.
— Смогу, когда пойму, в чем проблема.
— Мой друг увлекся гонками без правил, — начинаю и осекаюсь.
Кирилл просил ничего не рассказывать, показал видео по секрету. А я сама не замечаю, как выдаю все Максу. Невольно прикусываю язык.
— Это между нами, — заявляет Волков, точно мысли мои читает.
— Я боюсь за него, — сглатываю. — Не хочу, чтобы он рисковал. Даша пыталась до него достучаться, объяснить, почему мы так переживаем, но он не стал слушать.
— Я разберусь.
Короткое обещание заставляет нахмуриться и поджать губы. Официант подходит к нашему столику, доставляет заказ. Но стоит ему отойти, я наконец говорю то, что думаю:
— Ты бы лучше со своими боями разобрался.
— А что с ними не так? — невозмутимо выгибает бровь.
— Все, — бросаю нервно. — Ты не должен выходить на ринг. Хватит ставить жизнь под угрозу. И прекрати ухмыляться. Я серьезно.
— Круто, — еще сильнее оскаливается.
— Что?
— Ты, — прямо в мои глаза смотрит. — Такая.
— Макс, я не шучу.
— Я понял.
— Отлично, — киваю. — Тогда дай слово, что больше не станешь принимать участие в этих боях. Никаких закрытых клубов. Никаких ставок.
— Хорошо, — соглашается неожиданно легко, вкрадчиво прибавляет: — Но сначала я доведу свой план до конца.
