Девочка-дракон с шоколадным сердцем полностью

Я не остановилась и тогда, когда слёзы разметал холодный ветер, больно хлеставший меня по щекам.

Убежать – это был не храбрый поступок. И не свирепый. Но это было лучше, чем сидеть и ждать, когда меня вышвырнут вон. Я бы этого не вынесла. Только не в этот раз. Только не с Мариной. Только не из единственного шоколадного дома в Драхенбурге, который дал мне шанс… и не из единственной семьи, которая оставалась у меня после того, как я навсегда потеряла своих родных.

Боль с клокотаньем вырвалась из груди, и я побежала вдвое быстрее, отчаянно глотая воздух, как вдруг платье, прилипшее к ногам, стреножило меня, и я упала.

Вокруг меня сновали люди, но мне было всё равно. Пусть думают обо мне что хотят. Я уже потеряла клыки, и когти, и семью, а теперь потеряла и свой шоколад – и всем, к кому я успела привязаться, придётся заплатить за мой провал.

Неважно, что «Шоколадное сердце» прошло проверку. Прямо сейчас по городу разносится слух, что кухня шоколадного дома настолько грязна и отвратительна, что лорд-мэр был вынужден его закрыть. Эта новость переходит от одного возбуждённого жителя к другому. Я не удивлюсь, если на следующий день каждый потенциальный клиент будет повторять слова короля: «Полагаю, теперь мы знаем, почему в эту кухню никогда никого не пускают…»

Никто из них никогда не услышит о результатах проверки – и никто не потрудится о них узнать.

А я даже не…

– Авантюрина? – окликнул меня женский голос. – О боже! Это ты! Поверить не могу!

Я повернула голову. Рядом со мной шелестело платье цвета лесной зелени. Из-под него выглядывали тёмно-зеленые ботинки.

Мне бы даже не пришло в голову поднимать взгляд выше, но юбка внезапно зашевелилась, а её владелица присела рядом со мной и поставила себе на колени корзинку с продуктами.

– Это я, глупенькая! Грета!

О. Грета. В радостном возбуждении последних полутора недель я почти забыла о ней и её забавной попытке меня похитить. Сейчас у меня определённо не было на неё времени.

Вздохнув, я отвернулась и снова уставилась вниз. Но уже не могла вернуть ход своих мыслей, только не под её болтовню всего в десятке сантиметров от моего уха. Её круглое бледное лицо порозовело от волнения.

– Я так рада видеть, что ты жива, даже представить себе не можешь. О, мне чудились такие кошмары! Что ты упала в реку! Или что на тебя напали воры…

Не веря своим ушам, я медленно повернулась к ней.

– Как я могла упасть в реку? – спросила я. – Вокруг неё есть берега, а все мосты оснащены перилами.

– Ну, не знаю. Ты могла её не заметить и просто в нее войти.

Я смотрела на неё в полном недоумении.

– Ну, ты ведь не здешняя, правда? Ты не знаешь, как устроены большие города и что нужно делать. Это была наша обязанность приглядывать за тобой, потому что ты с самого начала не выжила бы без нашей помощи. – Поставив на землю корзинку со свежими овощами и фруктами, Грета тяжело и глубоко вздохнула. – О, я столько раз повторяла это Генриху… Сотни раз! Я в жизни не встречала девочку, менее способную позаботиться о себе, чем ты.

Хватит. Я поднялась на ноги и выпрямилась во весь рост. Дышать стало легче, и я уверенно взглянула на женщину перед собой.

– До свидания, – сказала я таким ледяным тоном, каким это смогла бы сделать Марина, и повернулась, чтобы уйти.

– Нет, подожди! – Она вскочила и схватила меня за руку. – Ты только посмотри на себя! Это платье отвратительно…

– Камни и кости! – После двух недель перетирания зёрен какао освободиться от её руки было легко. – Почему никому не нравится моё платье?

– И ты выглядишь так, будто только что плакала, – добавила Грета.

От унижения я застыла на месте и сквозь зубы процедила:

– Это просто ветер.

– Правда? – Она упёрлась руками в бока. – Тогда почему у тебя такой жалкий вид?

У меня?

При этих словах я попыталась презрительно засмеяться, но получился лающий всхлип, больше похожий на рыдания.

Я плотно сжала губы, но было слишком поздно.

– Я знала! – воскликнула Грета. – Я знала, что ты не выживешь одна в этом городе – такая дикая, беспечная, необразованная девочка. – Она покачала головой. – Да и как ты смогла бы? Ты всего лишь ребёнок, и не знаешь здесь ни души, никого, кроме нас. Ты не знаешь, как себя вести и даже как одеваться. Один только твой взгляд чего стоит – это взгляд животного! Посмотри, что ты с собой сотворила. Твои волосы, твоё платье! – Она махнула рукой на моё великолепное золотисто-бордовое платье. – Никто не носит такие цвета!

Это было похоже на правду. Ни разу в Драхенбурге я не видела человека, одетого как я.

Обычно мне это нравилось. Но сегодня при мысли об этом у меня неприятно похолодело между лопатками. Может, кронпринцесса отнеслась бы ко мне серьёзнее, будь я одета, как все?

Грета неодобрительно щёлкнула языком, оглядывая меня с головы до ног.

– Ты правда думала, что будешь работать в шоколадном доме? Надеялась, что тебя пустят хотя бы в одно из этих прекрасных мест?

Я стиснула зубы и посмотрела на неё. В горле горели слова: меня пустили!