Мали коснулась руки Яз и указала на вершину утеса, где Сестра Сова ждала их, когда они появились в первый раз. Теперь там стояли две монахини. На таком расстоянии было трудно разглядеть детали, но обе были молоды и высоки, обе в рясах Красных Сестер, обе белокожие. Яз заметила, что они держались за руки.
— Черт возьми. — Яз тоже подняла руку в знак приветствия, но, казалось, они смотрели на Мали.
— Я пойду, — сказала Мали и пошла вверх по тропе.
Яз, все еще держась за Квелла, смотрела ей вслед.
Обе монахини пристально наблюдали за послушницей, пока та поднималась. Они обменялись взглядами и словами, а затем, жестами, хорошо знакомыми Яз — обе начали дергать нити. Тогда кванталы, но, скорее, Красные Сестры, а не Мистические. Яз была заинтригована. Когда Мали приблизилась к вершине многочисленных крутых изгибов тропы, монахини упали перед ней на колени, как будто она была Богом на Небе. Они сняли покрывала со своих голов, как будто были недостойны в ее глазах, превратившись в послушниц, одна с копной коротких черных волос, другая с длинными золотистыми волнами. Яз увидела, как Мали протянула свою единственную руку сначала к одной голове, потом к другой. Ощущение чего-то глубокого, почти священного отразилось на нити-связи между Мали и Яз.
Если Мали и разговаривала с монахинями, то недолго. Она повернулась и снова начала спускаться по тропе. К тому времени, как она присоединилась к ним, монахини скрылись из виду, и Квелл снова овладел собой, хотя все еще был удивленным и потным.
— Они знали меня. — Голос Мали дрожал.
— Ветра нет, — с большим удивлением сказал Квелл.
— Ты в порядке? — Яз отпустила Квелла и потянулась к Мали.
— Да. — Девушка сделала глубокий, успокаивающий вдох. — Пошли.
У Яз были вопросы, но ей не нужна была связь с Мали, чтобы понять: сейчас для них не время. Она начала спускаться к лесу у подножия плато. Конечно, ветер
Яз повела их по более ровной местности, в тень леса. Окутанный жаркими зелеными объятиями бесконечности деревьев, обернутый пением птиц, скрипом ветвей, шелестом листьев, Квелл шел в безмолвном изумлении, прикасаясь ко всему, точно так же, как Яз и другие, когда они впервые пришли в это место. Точно так же, как она хотела сейчас.
Дорога в Верити была менее людной, чем помнила Яз, и первый фермерский дом, к которому они подошли, оказался почерневшими руинами, преследуемыми воспоминаниями о дыме. Второй тоже лежал в развалинах, рядом было построено грубое укрытие. Квелл, казалось, ничего не заметил, не имея ни малейшего представления о том, как все должно выглядеть. Мимо проскрипела запряженная лошадьми повозка, привлекая все его внимание.
— Что-то здесь не так. — Яз посмотрела на поля. Даже на ее неопытный взгляд они выглядели неухоженными, слишком дикими.
— Война, — сказала Мали. — Дарн, может быть? Я никогда не думала, что враги императора смогут добраться до Верити.
Они пошли дальше. Через милю или две показалась еще дюжина развалин. Невредимых ферм осталось совсем немного. Они миновали таверну, где путешественники пили эль и ели за столами, расставленными перед главным зданием. Одна группа пьяно пела, и Квелл впервые заметил, что их язык был не тем, который он знал. Еще одно чудо.
— Что они говорят? — Он уставился на поющих, разинув рот.
— Это песня о… — Яз прислушалась, затем перевела. — О каком-то герое, воине, который погиб славной смертью. Денам у Янтарных ворот. — Она отвернулась: в песне говорилось о рыжеволосом геранте, и это вызвало в памяти образ Колы, лежащей мертвой в объятиях Куины сто лет и полдня назад. — Пошли. — Но Квелл уже почувствовал запах их еды и пива и остановился, принюхиваясь. Яз позволила себе слегка улыбнуться, вспомнив блаженство, которое она испытала, впервые попробовав монастырскую еду.
— Яз. — Мали похлопала ее по руке и кивнула в сторону дороги.
Всадник быстро приближался, его лошадь выбрасывала комья грязи. Какой-то солдат, облаченный в нагрудник и шлем с забралом, за его спиной развевался богатый зелено-золотой плащ.
Яз оттащила Квелла к обочине дороги, и Мали присоединилась к ним. Вместо того чтобы проехать мимо, всадник замедлил ход, а затем остановился, его лошадь тяжело дышала и фыркала.
— Императорская гвардия, — прошипела Мали, когда мужчина спешился. У него был меч на бедре, и он был выше Квелла.
Яз приготовилась к действию, вздрогнув, когда мужчина вскинул руки.
Он схватил шлем одной рукой, другой что-то сделал с ремешком на подбородке, и одним движением отбросил его в сторону. С нечеловеческой скоростью он заключил ее в объятия:
— Яз!
Почти до того, как она поняла, что происходит, мужчина отпустил Яз и упал на колени перед Мали, так что та стала выше его на несколько дюймов.
— Эррис! — Они произнесли это вместе.
