— Инквизиторы и наблюдатели работают на Церковь, охотясь за всеми, кто нуждается в наказании. — Куина вздрогнула. — Они пришли за нами в тот день, когда ты застыла. Но на самом деле они интересовались только тобой. Они почти ничего не делали, просто задавали вопросы. Венна сказала, что будет хуже, как только ты очнешься. Но недьзя утопить того, кто не дышит. Монахиням удалось вывести тебя из комнаты с меч-путем только потому, что сестра Сова сотворила какую-то магию. Тем не менее, ты стояла там целую неделю, пугая нас всех. Ты, должно быть, сотни раз видела, как я падала!
— Ты пробовала пройти по меч-пути? — Яз была поражена.
— Конечно. Венна бросила мне вызов. Это легко.
— Легко? — Это казалось невозможным.
— Легко упасть, я имею в виду. Чтобы продвинуться далеко вперед, требуются годы практики. Одна из девочек нашего класса может пройти половину пути… Большинство послушниц становятся монахинями, ни разу не дойдя до конца.
— А Эулар был здесь? — Кровь Яз стыла в жилах при воспоминание о Стеклянной Воде, но мысль о том, что Эулар мог тыкать в нее пальцами, пока она была заморожена во времени, вызвала у нее озноб, который был еще хуже.
— Нет, насколько я знаю. Только Крей и Джеккис. Они достаточно плохие. Но они не единственные, кто пришел сюда из-за нас. Есть еще инквизитор, его наблюдатели и некоторые люди, которых называют академиками. Все они ужасно назойливы. Теперь, когда ты проснулась, они станет еще более назойливыми. Конечно, на меня им наплевать. Крей и Джеккис хотят тебя и только тебя. Наверное, нам лучше уйти. Не думаю, что у нас здесь все пойдет хорошо.
Яз поджала губы и завязала веревку, которая закрепляла ее одежду вокруг талии:
— Нам придется подумать о том, что делать. Нам нужно спасти Турина, Мали и Эрриса. Если понадобится, мы могли бы сбежать сегодня вечером, пока они думают, что я все еще заморожена.
Она подошла к двери, приоткрыла ее и выглянула в коридор.
— Нам нужно вести себя тихо, — прошипела Куина. — Монахини повсюду. — Она подошла к Яз, снова закрыв дверь на случай, если кто-нибудь, ожидающий в темноте снаружи, может услышать их разговор. — Выбраться из монастыря незамеченными будет непросто. На прошлой неделе я тайком пробралась в пещеры, чтобы проверить, как там Теус. Он исчез, кстати…
— Исчез?
— Тебе нужно, чтобы я объясняла слово «исчез»? Он только выглядит как собака, помнишь? Он не будет сидеть на одном месте целый месяц только потому, что ты ему так говоришь. Не то чтобы собака тоже бы так поступила. Я имею в виду, если только ее задница не примерзла ко льду. Что случается… В любом случае одна из Серых Сестер последовала за мной. Сестра Луна — очень милая, она бы тебе понравилась — и звезды все еще там, где ты оставила их, но теперь все монахини тоже знают о них.
Яз проглотила любой острый ответ. Куина не знала, как долго она будет недееспособна, и у Теуса, возможно, есть ключ, чтобы освободить ее от время-звезды.
— С этим ничего не поделаешь. Хотя я должна принести эти звезды сюда. Они могут нам понадобиться. — Подумав о глазах Наблюдателя — она оставила их с Теусом, — она вспомнила звезду, которую сделала из пыли, найденной в зале суда. Она похлопала по карманам своей рясы. — Где моя звезда?
— Ее забрала Сестра Сова.
Яз пожала плечами, хотя потеря причинила ей боль — создание звезды из пыли было интимным процессом, и она чувствовала связь с ним:
— Давай возьмем большие!
ЯЗ ВЫШЛА В коридор прежде, чем поняла, что не знает, где находится, и что, хотя они с Куиной прибыли в монастырь вместе, у Куины теперь на несколько недель больше опыта в этом месте, чем у нее.
— Сначала я хочу пойти в дормиторий, — прошептала она, подталкивая Куину вперед, чтобы та показывала дорогу.
Куина кивнула:
— Пошли.
Куина направилась в более светлый конец коридора, где горел фонарь, пламя которого было приглушено настолько, что едва мерцало. Двери, подобные той, через которую они вышли, располагались по обе стороны прохода, дверь побольше находилась в конце. Куина двигалась тихо и быстро, не останавливаясь, пока не достигла последней двери. Они вышли в ветреную ночь, ясное небо усеивали красные звезды, в разных окнах монастыря горела дюжина огней. Впервые Яз заметила, что среди множества звезд ярко мерцает одна единственная белая звезда. Мгновение она стояла, уставившись на нее.
— Это Надежда. — Куина поняла удивление Яз и заговорила громче, чтобы ее было слышно сквозь шум ветра. — Эту звезду не видно ни на севере, ни на юге.
Яз покачала головой. В Коридоре даже звезды были другие. Она повернулась, чтобы посмотреть, где спала. Здание позади них было коротким, низким продолжением большого Купола Предка.
— Они держали тебя в монашеской келье.
— Пошли. — Яз была рада выйти на свежий, как ей казалось, достаточно легкий ветерок, но она чувствовала, что за ней наблюдают, словно несколько пар глаз смотрели на нее через ночь.
