Яз пошла осмотреть красную звезду времени, которая тоже лежала в путанице цепей. Любопытно, что каменные плиты вокруг него были усеяны ржавчиной и осколками керамики.
— Звезду держали в фарфоровой клетке. Непрочная, но невосприимчивая ко времени. Любое железо, которое оказывается слишком близко, ржавеет. — Атоан наблюдал за ней отстраненным взглядом, возможно, размышляя о предательстве жены.
Яз подобрала кусок цепи и бросил его на звезду. Цепь, казалось, ускорялась по мере приближения к звезде, и участок, соприкоснувшийся с ней, взорвался дождем ржавчины. Сама звезда оставалась неподвижной.
Она подошла к время-звезде, обернулась всего в ярде от нее и увидела: мир вокруг нее замер, Атоан превратился в статую, ее широкая аудитория затаила дыхание, птица в полете застыла на месте, крылья болят в ожидании следующего удара. Она вышла за пределы времени. Она могла состариться раньше, чем птица пошевелит крыльями. Однако она не была в ловушке. Это была противоположность синей звезде, которая держала Мали и остальных. Те, если бы повернулись, увидели бы мчащийся мир, и, возможно, он состарился бы прежде, чем они смогли бы убежать от звезды. Птица Мали не стала бы дожидаться ее возвращения, прежде чем взмахнуть крыльями. Птица Мали отложила бы десятки яиц и умерла, и бесчисленные поколения пернатых вылуплялись бы и исчезали, прежде чем сама Мали смогла бы выйти из-под влияния время-звезды.
Яз попыталась сдвинуть время-звезду, но та обратила на нее не больше внимания, чем на камень. Она прикусила губу и напряглась. Ничего. Ни малейшего движения. Она присела и попыталась дотянуться до нее, но остановилась, все еще держа пальцы в футе от пылающей красной поверхности. Она вспомнила, как заржавели цепи, и быстро отдернула руки. Ее тянущиеся руки старели бы быстрее, чем все остальное в ней. За то время, которое она воспринимала, для них могли пройти недели. Если бы она прикоснулась к звезде, ее руки засохли бы и умерли, и для них прошли бы тысячелетия за то время, которое потребовалось ей, чтобы моргнуть глазами, удаленными почти на ярд от звезды.
— Но я двигала ее раньше…
Яз поняла. Она отходила от звезды до тех пор, пока замерзшая птица не начала хлопать крыльями и не упорхнула прочь, указывая на то, что Яз присоединилась к потоку времени, который нес всех остальных. Теперь, приложив усилие, она могла сдвинуть звезду. Если бы она переместила ее, находясь внутри ее ауры, снаружи звезда двигался бы быстрее самого быстрого ястреба. Время-звезда, вероятно, нарушала законы времени, но не движения. Яз пыталась двигать ее с огромной скоростью. Находясь снаружи, она могла двигать ее, хотя и намного медленнее.
Яз использовала свой разум, чтобы вырвать время-звезду из каменных плит, поднять ее и присоединить к корабль-сердцу. Обе звезды были одинакового размера, но для того, чтобы создать время-звезду из работающего корабль-сердца, надо было что-то выломать и это сделало время-звезду трудной для контроля, словно она была тающим льдом, который выскальзывал из пальцев, если сжимать его чересчур сильно.
Яз осознала, что по всей территории Академии многие из тех, кто должен был преследовать Йелну и ее союзников, вместо этого смотрели на нее и на звезды над ней с отвисшей от удивления челюстью. Несмотря на то, что солнце только недавно миновало зенит, звезды все еще притягивали взгляд. Она послала их выше. Это было тяжело. Они были бременем на ее разуме, и она предпочла бы попытаться держать на каждом плече взрослого мужчину, чем оба корабль-сердца одновременно. И справиться с ними было тяжелее — больше чем в два раза тяжелее, — чем с каждой по отдельности. Несмотря на это, она держала их высоко, стиснув зубы, и снова сосредоточилась на нити, которая связывала ее с Куиной. Сначала медленно, а затем более уверенным шагом она начала следовать за ней.
Атоан шел рядом с ней.
— Йелны обогнала нас на несколько часов. Если она уехала из города, нам понадобится много ресурсов, чтобы догнать ее. — Он бросил тревожный взгляд на звезды над ними. — Ты умеешь ездить верхом?
— Она не должна была покинуть город, — сказала Яз. — Хотя она может быть под ним. — Предположение, но, если они хотели использовать Куину, чтобы заставить Яз открыть для них ковчег, было лучше держать Куину рядом на случай, если словесных угроз будет недостаточно.
— Так где же она тогда? — спросил Атоан.
— Вы мне скажите, — проговорила Яз сквозь стиснутые зубы. — Я могу проследить, куда они пошли. Или, по крайней мере, куда пошла Куина. Я не знаю, где они оказались. Разве ваши маги не могут вам сказать?
— Я уверен, что они работают над этим. Но Йелна знает нас. Она знает, как сбить нас со следа. И Балло, ее брат, будет наблюдать за нами. Если мы подойдем слишком близко, они сдвинутся с места. Это будет непросто.
Яз подошла к периметру Академии. Нить вела в город, прочь от императорского дворца, хотя, по словам монахинь, ковчег должен был находиться прямо под дворцом.
