– Какой-то лоя и эта, – гвардеец посмотрел куда-то в сторону и закончил, – собака.
– Какая собака? – Не понял молодой человек.
– Ну эта, с которой вы разговаривали по утру, – сказал гвардеец и вдруг закашлялся.
Касаш понял что он пытается скрыть смех. Видимо среди доблестных подчиненных капитана Свадо утренняя сцена стала причиной для шуток, судя по всему они были далеки от понимания того что из себя представляет на самом деле металлический пес и им казалось диким что взрослый человек мог беседовать с ним.
Однако глупый гвардеец сразу же отбыл на второй план, как только молодой человек понял о какой собаке идет речь. Сердце бешено забилось и страх заворочался в животе. Первой мыслью было бежать.
– Ты сказал им что я здесь?
– Я сказал что пойду спрошу вас, – немного невпопад ответил гвардеец.
– Спросишь что?
Воин пожал плечами.
– Просто спрошу. Лоя сказал можно ли повидать судебного секретаря и я ответил что сейчас пойду спрошу его.
Касаш лихорадочно соображал. Все просто, сейчас он спустится на первый этаж и через заднюю дверь выйдет во двор. Потом в конюшню Судебного дома. Там конечно же будет конюх Замбу, который по сути дела жил при конюшне, оккупировав маленькую комнатушку и примыкающую к ней кухоньку с кирпичной печью. Касаш прикажет Замбу оседлать лошадь, это дело пяти минут. Куда дальше? Прочь из города? На восток, на запад?
Молодой человек наконец взял себя в руки. Какой побег, о чем он думает? Да и вряд ли пес пришел чтобы убить его. Вот так вот, среди бела дня, в компании с маленьким лоя и осведомляясь у дежуривших гвардейцев можно ли повидать судебного секретаря? Нет, это нелепо.
– Они сказали что им нужно? – Требовательно спросил Касаш.
– Сказали, – равнодушно произнес гвардеец. – Вас увидеть.
Молодой человек пристально посмотрел на стоявшего перед ним мужчину. На какой-то момент ему показалось что гвардеец издевается над ним.
– Где капитан Свадо? – Холодно поинтересовался Касаш.
Взор вояки как-то затуманился, а лицо приняло отстраненное выражение, впрочем и до этого оно было не слишком сосредоточенным.
– Он… он отошел на недолго, – нехотя проговорил гвардеец.
– Куда? – Спросил молодой человек, прекрасно понимая что капитан уже ушел домой на обед. Также как и сам Касаш, Свадо, во время отсутствия своего непосредственного начальника, ощущал некоторую эйфорию от бесконтрольности своих действий.
– Я не знаю, – распахнув глаза, молвил гвардеец.
Касаш почувствовал отвращение. Мужик в два раза старше его и стоит лепечет жалкую ложь как ребенок.
В следующий миг он вдруг почувствовал что очень устал. Нервное напряжение последних суток, эмоциональные перепады, от ужаса и отчаяния, до внушения себе что все просто отлично, вымотали его. «Да идите вы все куда подальше, – со злостью подумал Касаш. – Я пойду на обед к себе домой и не просто пойду, а поеду верхом».
– Сейчас ты пойдешь в конюшню, – медленно проговорил Касаш тоном не терпящим возражений, – и скажешь Замбу чтобы он оседлал хорошую лошадь и подвел ее к крыльцу. Ясно?
– А если Замбу нет?
– Значит ты сделаешь это сам. Всё, свободен.
Гвардеец стоял и не шевелился. Для него было необычно слышать подобный тон от рохли секретаря. Но как он не напрягался, достойного способа поставить юнца на место он не придумал. Впрямую грубить он не решался, не сомневаясь что эта бумажная душонка нажалуется капитану и тогда уж не жди ничего хорошего. Свадо заставит весь взвод в полном обмундировании бегать вокруг себя, пока сам он будет совершать неспешный променад, или еще что похуже изобретет. Соответственно, думать о том, что позже с ним сделают товарищи, ему совсем уже не хотелось.
– А что с лоя и собакой? – Хмуро спросил гвардеец.
Касаша так и подмывало сказать, чтобы мрачный воин пошел и объяснил собаке, что, мол, господин секретарь сейчас занят и принять их не сможет. Но он удержался, разумно рассудив, что это может привести к конфликту, в результате которого дежурные гвардейцы могут пострадать, ибо несомненно пес в этом случае просто пройдет внутрь силой. Не то чтобы здоровье гвардейцев особенно волновало молодого человека, но все же они были ближе ему, чем жуткое металлическое создание.
– Пусть войдут.
Гвардеец ушел, а Касаш встал и пошел к окну, выходившему на площадь. Собаки и лоя он не увидел, видимо они уже были в дежурке. Молодой человек сдвинул задвижки, освобождая раму со стеклом, но само окно открывать не стал. Второй этаж был невысоким и если что он вполне может успеть выпрыгнуть и удачно приземлиться.
Когда лоя и пес вошли в кабинет, молодой человек, не сводя с них взгляда, приблизился к своему столу, на котором стоял пятисвечный канделябр. Близость этого тяжелого металлического изделия помогало молодому человеку чувствовать себя чуть более уверенным.
Гвардеец закрыл за посетителями дверь и удалился.
Пес совершенно по собачий уселся на попу возле стены, а маленький лоя вышел вперед и откинул за спину свою смешную конусовидную шляпу синего цвета.
Радужные глаза маленького человека пристально взирали на судебного секретаря.
– Нам нужна лошадь, – спокойно сказал Талгаро.
