Но она не договорила. Пират снял крышку и сунул пузырек к носу Галкута. Но едкая омерзительная вонь, вырвавшаяся из сосуда словно яростный джин, распространилась столь стремительно, что почувствовали её и все кто был рядом с Галкутом.
— Фу-уУУ!!! — Чуть ли не закричала Элен и шарахнулась в сторону, закрывая нос ладонью.
Нейра отпрыгнула, осуждающе взвизгнув: «Изамери!»
Двое из сопровождающих Уэлкесса с громкой бранью ринулись в стороны, а сам начальник охраны подскочил как ужаленный, пытаясь понять в чем дело.
Галкут же тем временем и правда зашевелился, поднял голову, чуть не ткнувшись носом в зловещий бутылек и тут же, скорчив ужасную гримасу, с полустоном «Господи!..», еще не понимая что происходит, проворно начал отползать в сторону.
— Фуу! Что за мерзость! — Сморщившись, воскликнул Уэлкесс, тоже почувствовав отвратительный резкий запах.
— Чего раскудахтались-то, — проворчал Изамери, — ну что, ну да, пахнет чутка. Зато вон покойник снова как живой, хоть жени.
Он вернул крышку на пузырек и принялся завинчивать.
— Чутка?!! — Возмутился один из товарищей Уэлкесса, плотный коренастый мужчина с круглым мясистым румяным лицом успешного мясника. — Да я в рот …
— Юддис! — Предостерегающе рявкнул начальник охраны. И сделав большие глаза, кивнул на Элен.
— Гхм…, — хрипло кашлянул «успешный мясник», покосившись на девочку, и закончил, — такие «чутка». Да что вообще, ради всего святого, может так вонять?! Даже вонь от ног Изамери, мытые им один единственный раз в младенчестве при крещении, и то по сравнению с этим просто аромат Кен-Альдо.
Элен с удивлением взглянула на Юддиса, ей казалось странным что кто-то отваживается отпускать шутки в адрес ужасного безжалостного пирата. Но Изамери, пряча бутылек в свои закрома, лишь спокойно произнес:
— Племена пеллиноев с Проданных островов называют это «гордый дух». В нём выжимка розовых водорослей, струя ледовых оленей, черная желчь авров, ну и так еще по мелочи, слизь табачных грибов, черепашье говно и прочее.
— Про говно я сразу догадался, — заверил Юддис.
— Ну еще бы, в этом деле ты мастер, — беззлобно ответил Изамери.
— Но зачем пеллинои готовят такую гадость? — Спросила Элен.
— Это лекарство. Страшные гнойные раны от этой смеси заживают просто на ура. А кроме того воины пеллиноев обмазываются ею, когда идут в бой и тогда, как говорят, враги их разбегаются в стороны и пеллиной шествует вперед в гордом одиночестве.
— Не удивительно, — пробурчал Юддис, — тут либо убегай, либо не дыши. Дикари проклятые.
Элен, пересилив какое-то внутренне сопротивление, опустилась возле Галкута и, заставляя себя смотреть ему в глаза, спросила:
— Как ты?
Тот поглядел на неё практически только правым глазом, поскольку левый почти полностью заплыл разбухшей багровой плотью и ответил:
— Нормально.
Нейра подсела рядом.
— Да уж нормально, — звонко воскликнула она, осматривая его залитую кровью голову и руку. — Тут зашивать надо, — кивнула она на рассеченное предплечье Галкута. — Давай отнесем тебя в мой фургон, там есть всё что нужно.
— Нет, — слуга судьи начал пытаться встать. — Нам нужно идти.
Но Элен остановила его, уперевшись ему в грудь ладонью. Неожиданно для самой себя она заговорила деловым тоном, столь свойственным одной из главных героинь её любимого сериала о Брэде Джулиане — Камилле Кесаде. Мисс Кесада работала старшим судмедэкспертом в полицейском департаменте и Элен очень хотела быть похожей на эту молодую, решительную, умную женщину.
— Пусть Нейра поможет тебе. Рана на руке очень большая. И кроме того, надо промыть рану на голове и осмотреть её. Возможно у тебя сотрясение мозга. Как ты себя чувствуешь? Голова сильно болит? Тошнота, головокружение? Ты всё помнишь что случилось?
Галкут слабо усмехнулся и как-то странно посмотрел на девочку.
— Я должен сопроводить вас к вашему дядюшке, — сказал он.
Элен поняла это так, что он, как и всегда до этого, переживает, что она сбежит. Элен это показалось совершенно неуместным и даже глупым. После всего что она пережила ей определенно уже ясно, что оставаться одной в Агроне для неё мягко говоря опасно. Или он думает, что она совсем дурочка?
— Тебе не нужно переживать за меня, — с некоторой сухостью проговорила девочка. — Со мной всё будет в порядке.
— Да-да, дружище, не волнуйся, — громко вмешался Уэлкесс, который всё понял по-своему. — Мы теперь с госпожи Элен глаз не спустим, ни один волос на её голове больше не будет потревожен. Сопроводим её к господину судье в целости и сохранности. Будем оберегать её как принцессу. Будем…, — Уэлкесс на миг запнулся, подыскивая новые слова для убедительных заверений
— Будем беречь её как свои яйца, — пришел на помощь своему командиру Юддис.
Уэлкесс метнул на него испепеляющий взгляд.
