Элен нестерпимо хотелось сказать что-нибудь обидное, что-нибудь почти на грани оскорбления, чтобы как-то отыграться за угрозу с мешком и кляпом, за ту минуту, когда Лург посмел схватить её и даже встряхнуть, и главное за то что ей пришлось подчиниться его приказу. Где-то в глубине души она была уверенна, что судья достаточно флегматичный и рассудительный человек чтобы как-то слишком остро реагировать на любые её словесные выпады и потому чувствовала себя в безопасности. Но к своей досаде она не могла выдумать ничего по-настоящему обидного.
— Или вы это от страха так позеленели и съежились? — продолжила она. — Ну да, я волшебница. Но вам не стоит так сильно пугаться, я еще слишком юная и неопытная и пока еще не могу превратить вас в маленького хомячка чтобы посадить в клетку где вам самое место.
Но судья ничуть не обиделся и даже к огорчению девочки кажется как будто обрадовался неизвестно чему.
Мастон Лург действительно почувствовал облегчение, увидев что его вздорная строптивая подопечная вроде как развеселилась и снова язвит. К тому же для него не прошло незамеченным, что плащ ей неожиданно понравился и у него отлегло от сердца, ибо он готовился к долгим нудным препирательствам по этому вопросу. Маленькая магия с одеждой, которую продемонстрировала Элен, в первую минуту конечно же произвела на него впечатление и наверно и правда в какой-то степени напугала. Но он поспешил успокоить себя тем, что это естественно никакая не магия, а просто некий хитроумный механизм, какое-то мастерски выполненное устройство на пружинках там или резинках. В конце концов разве стоит удивляться уменьшающимся рукавам, если он воочию лицезрел двигающегося металлического пса в натуральную величину? Да и вообще, разве мало ли он повидал на своем веку всяких диковинных штуковин, сконструированных талантливыми мастерами и гениальными изобретателями. Удлиняющиеся вилки, раскладывающиеся мечи, ларцы способные укрыть в себе две литровых бутыли вина, но без содержимого складывающиеся в кубик умещающиеся на ладони, цветные музыкальные фонтаны, исполняющие целые симфонии, танцующие фигуры механических зверей, поющие чучела птиц, неотличимых от настоящих, искусственные цветы, распускающиеся и благоухающие, изумительные настольные модели кораблей с поднимающимися парусами и двигающимися маленькими человечками команды, шагающие статуи, разговаривающие часы, удивительные дальнотрубы, позволяющие видеть за несколько километров и даже за углом, волшебные калейдоскопы, уносящие сознание в запределье, крылья из иловой бумаги, позволяющие человеку парить над землей. А сколького еще он не видел сам и о чём только слышал или читал. Какие-то гигантские призмы, погружающие в радугу целые города; "хрустальные нити", способные выдерживать тысячи килограммов груза и при этом многометровый моток этих нитей можно уместить в кулаке; "маловизы" удивительная конструкция из линз и зеркал позволяющая увидеть совершенно фантастичный и даже фантасмогоричный, таинственный мир невообразимо крохотных существ; "санкратские башни" — громадные сооружения из камня и металла, которые могли перемещаться по земле по воле живущих в них людей; расходящиеся и сходящиеся мосты Эльгдора, по сути дела соединяющие или разъединяющие две страны. А сколько чудесного, необъяснимого и порою жуткого создавала и творила сама природа. Здесь можно было перечислять бесконечно: удивительный Кен-Альдо, чей восхитительный аромат как говорили иногда воскрешает и умерших; не убиваемые бейхоры с тремя сердцами; непостижимая ахунда, которая могла отрастить отрубленную голову; "стеклянные", практически невидимые, деревья глассеро; "лазурная пыльца", источаемая цветками "теплых" лиан и приводящих людей в эйфорию; "радужные деревья", чьи полупрозрачные листья, под светом солнца, превращающие лес в торжественные храмы украшенные разноцветным сиянием; беллады — маленькие цветы издающие мелодичные, переливчатые звуки на ветру; "безумные леса"; черные шары Онфикса, рядом с которыми гас свет и любой звук; "колодцы истины", куда можно кричать вопросы и получать ответы, только нужно принести жертву; "мертвые пустоши", где останавливалось всё и даже как говорили само время… те же самые "мироеды". А взять хотя бы мальговые лампы-гремучки, никто ведь до конца не понимал как они работают и что такое эта самая "мальга", но они работают. Засыпаешь, трясешь и вот тебе яркий свет на пару часов. И среди всех этих чудес разве может куртка с укорачивающимися рукавами и удлиняющимися полами представляться чем-то из ряда вон выходящим? Правда она еще был способна изменять цвет, Мастон вспомнил как он терзался бессонной ночью в караване, чуть ли не с ужасом думая как это вообще возможно. Но сейчас это представилось ему совершенно пустяковым делом. Что ж, значит на свете существует ткань способная менять свой цвет, только и всего. Он правда о такой никогда не слышал, но и что из того. Он всего лишь обычный человек, на всезнание не претендует.
Успокоив себя таким образом, он снисходительно улыбнулся девочке.
