Мысль о смерти не напугала Ташунга. Он не сомневался что в случае гибели его "метаформы" арины сумеют вернуть его сознание в Хранилище на базу. Хотя он и понимал что какая-то его часть, та что уже окончательно слилась с "метаформой" исчезнет навсегда. Но тем не менее это будет крах всей его миссии. Его начнут считать не оправдавшим надежды и ему придется провести в Хранилище неизвестно сколько времени, прежде чем ему предоставят другой шанс стать "арином". 7024-ре почувствовал что его снова охватывает ярость и бешенство. Его уничтожит какое-то примитивное, убогое, алчное животное. Это было немыслимо.
Он снова услышал голос, требующий посветить, и понял что тело девушки кладут на что-то твердое. "Сейчас!", с отчаяньем подумал он. Проклятый самец задушит её или вонзит кинжал в грудь. Ташунг понимал что переход будет мягко говоря не слишком приятным, а еще менее приятным будет встреча с Великими Координаторами. Скорей всего они ничего не скажут ему и даже будут стараться не смотреть на него, но сколько же унижения он испытает. Он вдруг понял что по щекам спящей девушки текут слезы и эти слезы вызваны его, Ташунга, переживаниями. Это было невероятно. С уничижительной горечью и раскаяньем он подумал о том что был слишком самонадеян, самоуверен, напыщен и попросту говоря глуп в этой "метаформе". Ведь он считал что ему ничего не угрожает, что он легко справится с любой опасностью, которая может возникнуть для Суоры, что никто из этих примитивных животных по большому счету и не может представлять для него опасность. А что в итоге? Этому самцу хватило одной щепотки гипнотического вещества чтобы перечеркнуть всю жизнь Ташунга, повергнуть его в прах, уничтожить, унизить. А ведь Дагатор 35 и другие арины не раз говорили о том что их великий народ сгубила в первую очередь именно самонадеянность. Ташунгу стало непереносимо стыдно. И кажется он уже испытывал ненависть ни к этому убогому самцу, а к самому себе. Но ни удара кинжала, ни кольца удавки он так и не почувствовал. Её аккуратно уложили на судя по всему деревянную поверхность, вытянули ноги и руки и больше не прикасались. Ташунг услышал над собой какой-то скрип, затем тихое полязгивание металла и всё. Стало тихо. Тихо и холодно.
Он вспомнил слово "гроб". Может Далив Варнего заживо похоронил её? Но Ташунг тут же отмел это предположение. Кроме того что он не слышал ничего похожего на сыплющуюся сверху землю, он еще и ощущал где-то в ногах слабое движение воздуха, видимо в его "гробе" были проделаны какие-то отверстия. И 7024-ре позволил себе поверить что убивать её не собираются. Губы глубоко спящей девушки раздвинулись в угрожающей усмешке. Ташунг с удовольствием представил себе что он сделает с этим Даливом как только выпадет такой шанс. О, нет-нет, пообещал он себе, я больше не буду так глуп и самонадеян, я отнесусь к тебе со всей возможной серьезностью и вниманием, мой милый соблазнитель. И может я выберу для тебя милосердную смерть, в благодарность за то, что ты всё же кое-чему научил меня.
Суора открыла глаза. Вокруг была сплошная непроглядная тьма. Некоторое время девушка тихонько лежала, прислушиваясь к окружающему миру. Но так ничего и не услышала. Однако она чувствовала небольшое покачивание и иногда легкую встряску, что совершенно определённо говорило о том что она едет на какой-то повозке по не слишком ровной дороге.
"Он похитил меня", подумала она о Даливе Варнего и затем с холодной яростью припомнила как он обхаживал её в комнате гостиницы и в конце концов добился своего. Отчасти ей было немного стыдно от того что она, гордая сайтонская аристократка, поддалась на его очарование и позволила ему всё что позволила. Но этот стыд лишь промелькнул где-то на периферии сознания, больше всего её донимала жгучая обида за то что она так глупо и простодушно дала пленить себя. Словно она играла с этим мужчиной в какую-то игру и явно проиграла.
