— Ты красивая девчонка, Слав, но… — замолкает, подбирая слова. На щеке отпечаток губной помады, рубашка выдернута из-под ремня. И я готова перегрызть горло той стерве, что ждёт его в номере, но лишь сжимаю кулаки и держу слёзы. А он добивает: — Но я не любитель малолеток.— Мне девятнадцать! — Комом в горле застревает дурацкое «почти»— Вот и я об этом, — усмехается, но желваки яростно играют. — Так что иди. Не мешай взрослым.***Я — незнакомка, которую он втянул в свои криминальные игры. Просто случайная девчонка, к которой ему нельзя привязываться.Он — чужак, идущий по чьему-то следу. Зрелый и опасный хищник… к которому мне так хочется прижаться!Думала, моя одержимость им — это худшее, что может случиться. Но оказалось, куда хуже, что он уже давно одержим мной…
Наклонившись к Ма́хе, будто бы невзначай стряхнула со своего бедра руку её парня. Его наглость уже порядком раздражала. Может, у мажоров так принято? Я не знала. Просто сказала подруге, что иду в туалет, а сама спустилась на танцпол.
Немного потолкавшись среди разгорячённых тел, решила, что здесь мне определённо нравится больше. Никакого пафоса, просто двигаешься себе в кайф, закрыв глаза и…
На талию опустились ладони, и кто-то незнакомый ткнулся носом в ухо:
— Ты зачётная, кис! Как на счёт уединиться?
Послала его куда подальше и сбежала к бару. А там сразу угодила в лапки к Махе.
— У тебя всё нормально? — вручила она мне коктейль.
— Да, просто решила осмотреться. Никогда раньше здесь не бывала.
Маха покровительственно кивнула:
— Это ещё так, не самый крутой клуб. В самый крутой следующий раз сходим! Давай, за следующий раз! — Чокнулись. Я немного отпила, но Маха придержала бокал под дно: — Не-не, давай до дна! Тусить, так тусить!
Выпили. Маха тут же велела бармену повторить.
— Ты не обращай внимания на девчонок, — наблюдая за своей компашкой наверху, прокричала она мне в ухо. — Они, конечно, те ещё куры, но так-то неплохие.
— Да не, я нормально.
— А мне показалось, ты при них как-то зажимаешься, что ли? Может, тебе чего-нибудь покрепче лимонада накатить?
Я отрицательно мотнула головой, она пожала плечами.
— Ну смотри. А если тебя вдруг Пашка напрягает, то забей, у нас с ним свободные отношения. Позажигай с ним сегодня, если хочешь. Я не против! Можем даже втроём намутить! — И пока я отвисала от неожиданного предложения, подняла новый бокал: — Давай! За жизнь в кайф! До дна!
Выпили.
— Ну что, может, наверх? — загадочно подмигнула Маха. — Там теперь самая жаришка начинается!
— Да, сейчас я, ещё немного здесь, и приду…
Машка вернулась к своим, а я, потягивая очередной коктейль, сидела у стойки и, чувствуя, как от шума и духоты начинает кружиться голова, уже всерьёз подумывала не рвануть ли домой, когда что-то заставило обернуться… и сразу же наткнуться на тёмный, внимательный взгляд из ложи второго этажа.
По спине поползли мурашки, словно незнакомец не только смотрел, но ещё и дышал мне в затылок. Словно оценивал. Ощупывал…
Резко вспыхнуло и закололо мелкими иголочками лицо. Сердце заколотилось так часто, что стало дурно, но рука будто сама по себе поползла вверх и дерзко салютнула незнакомцу бокалом. В ответ — скупая улыбка углом губ. Хотя вряд ли. Скорее показалось.
Лет сорок, со строгим холодным лицом и затаённой силой в небрежно скрещенных на груди руках. Коротко стрижен, брутально небрит, весь в чёрном. Было в нём что-то такое… Опасное, но манящее.
Очень тянуло, но я не решилась посмотреть на него ещё. Однако все мои танцы были теперь адресованы лишь ему. Казалось, его оценивающий взгляд скользит по моему телу жадными руками, щекочет, откидывает, оголяя шею, волосы, заползает под одежду… Это ощущение распаляло, меня реально срывало: я томно виляла бёдрами и оглаживала себя ладонями, и от этого сама же заводилась ещё сильнее. Чувствовала себя такой секси! И с каждой минутой становилась всё жарче и откровеннее…
А потом всё-таки бросила взгляд наверх и обнаружила, что заветная ложа пуста.
Скинув с растёртых пяток шпильки, брела к остановке. В ушах плеер, на душе раздрай. Интересно, если бы он всё-таки подошёл, хватило бы мне ума не пуститься во все тяжкие? Сейчас я уже и не знала — свежий воздух немного привёл в чувство. Но там, в клубе, я ведь реально его хотела — до слабости под коленками и ощутимо увлажнившихся трусиков. И это капец, как странно. Такое со мной впервые.
За спиной что-то несколько раз хлопнуло, завизжали женщины. Я, машинально дёрнув из уха наушник, обернулась, и сама чуть не завизжала — прямо на меня нёсся мужик. Налетел, заволок в пустую будку остановки, и уже в следующее мгновение мы сидели на лавке: я, как заправская наездница, верхом на его бёдрах, а он — стискивая меня так крепко, что дыхание спёрло.
— Какого хре… — возмущённо пихнулась я и обмерла. Это был он — незнакомец из клуба.
— Чшш, — шикнул он, и к моим губам прижалось дуло пистолета. — Будь хорошей девочкой.
Я испуганно кивнула, и пистолет тут же скользнул мне под кофту. Вздрогнула, когда к голой спине прижался металл, а уже в следующий миг в волосы зарылись крепкие пальцы, смяли пряди, натягивая их у корней, властно запрокидывая мою голову. Незнакомец повёл носом по шее и линии подбородка, по виску, за ухо… Он словно обнюхивал меня, и это было дико, но, даже несмотря на шок, так чувственно!
Резко вернулось возбуждение — как в клубе, только гораздо, гораздо сильнее! Прямо-таки мучительно. В промежности горело, и даже через бельё каждое касание мгновенно разливалось жаждой по всему телу — обсыпало мурашками, заставляло болезненно-сладко сжиматься соски. Вырубало мозг. До трясучки захотелось вдруг вот так же точно «обнюхать» наглого незнакомца, коснуться губами его колючей щетины и…
— Ребят, тут мужик не пробегал? — вопрос из-за спины.
